Приняли на работу молодых специалистов Федосеевых. Парню поручили заниматься «невезучим» индицированием. Настя – улыбчивая, говорливая, заботливая жена, по работе ничем особенным не запомнилась. Года через полтора семейство уехало в Подмосковье, под крыло дяди с генеральским званием. Появившийся у нас молодой инженер Саша Хафизов, которому я предложил заменить на индицировании Федосеева, объяснив, что эта работа интересна сама по себе и для перспективы дальнейшего роста, только улыбнулся – разве нет других путей для роста… Он тоже недолго проработал у нас, не запомнившись ничем в области измерений. Был вначале заботливым отцом и мужем. Даже как-то привёл свою жену Галю в кружок политучёбы, который мне поручили вести. Ушёл он работать к своему товарищу по учёбе и по спорту (игра «Регби») Штейнбергу. Впоследствии они организовали охранную фирму. Большие деньги, водка, разлад в семье закончились самоубийством. А его жена Галя после увольнения начальника химлаборатории, стала Галиной Петровной, заменив В. П. Облащикова.
Галя сидит в первом ряду: первая справа.
Неприкаянное индицирование обрело своего специалиста после прихода к нам очередной семейной пары – Земфиры и Юлая Рахмангуловых. Они окончили Уфимский университет. Тогда статус университета был выше, чем у институтов. К тому же, Юлай ещё в школе много познал, занимаясь в технических кружках. Мы окончательно перешли на аппаратуру фирмы AVL – систему с быстродействующим АЦП и процессором. В вузах только начали изучать такие системы. Юлай, как всякий способный человек, держал со мной дистанцию, но не конфронтацию.
Дело в том, что Л. М. Аникин, занимая определённую должность, всегда был на ступеньку выше, а я по своему характеру старался держать в поле зрения почти все текущие вопросы. И меня, и Аникина такая ситуация устраивала. В прямом подчинении у меня было несколько женщин. Больше даже не подчинение, а опека. Руководство маленьким составом наших рабочих часто тоже шло через меня. Я и сам для ускорения дела что-то делал в нашей слесарке. В дальнейшем о своих коллегах я буду писать в увязке с выполнением работ, выдаваемых нам, и решением проблем при этом возникающих.
Июль 1978 года. Мне присвоена первая категория инженера-конструктора! Приятное событие. Качество и объём выполняемой работы я никогда не увязывал со своей зарплатой. В семье был достаток, но на очень скромном уровне. Тогда в ходу была присказка: «Труд сам по себе награда, но и жить на что-то надо». Это то, что касается чисто материальной стороны жизни и только зарплаты, к которым каждая семья получала добавку в виде бесплатной и хорошей медицинской помощи, санаторно-курортного лечения, приоритета детства, символической платы за жильё. Мы жили, не задумываясь о проблемах ЖКХ, о том, где взять деньги, чтобы подготовить ребёнка к новому учебному году. Никому в голову не могло прийти, что в аптеках лекарства могут быть фальшивыми. Недоступные пока всем личные автомобили, которые сегодня стали реальным врагом человечества, компенсировались коллективными выездами на природу и семейными походами в лес за грибами и ягодами. А духовность, понятие монополизированное церковью – «Свойство души, состоящее в преобладании духовных, нравственных и интеллектуальных интересов над материальными» не было для людей пустым звуком.
Привожу письмо моей мамы нашему сыну Славке. Он к этому времени перешёл учиться в школу с углублённым изучением физики и математики. Этот класс входил в систему заочного обучения Московского Физико-технического института (МФТИ). «Заочная физико-техническая школа при Московском физико-техническом институте (ЗФТШ при МФТИ) открыта в сентябре 1966 с целью создания дополнительной образовательной среды для старшеклассников, интересующихся физикой и математикой. Она призвана способствовать развитию интеллектуального потенциала школьников и формировать у них потребность к продолжению образования и самообразованию, а также помочь в профессиональном самоопределении».
Пишет человек, в какой-то мере пострадавший при проведении в стране коллективизации.
4. 12. 1978 года. «Здравствуй, дорогой внучек!
Я не ошиблась в ожидании твоей информации, учитывая твою преданность к старшим. Советую тебе и впредь оставаться таким же.
Славик, получила я твой репортаж о славном путешествии – «Пробный выезд по стране», который надолго останется в памяти. Помни: ты живёшь в такое чудесное время, где всё интересное, полезное предоставлено подрастающему поколению, только надо суметь, заслужить, и у тебя эти данные есть. В борьбе, в желании и стремлении всё тебе по плечу. Я вижу в твоих письмах ко мне (они все хранятся) рост, прогресс. Твоему возрасту надо видеть далеко, чувствовать глубоко и мыслить широко.