1978 – 1990 годы. Наша семейная жизнь.
1978 год. Мы четыре года живём в своей квартире, которую я своими руками благоустраиваю. За материалами далеко ходить не нужно. Город активно строится, и материалы можно найти в соседних микрорайонах. Детская комната потихоньку превращается в спальное место сына, мою мастерскую, фотокомнату и спортзал. Для подросшей Светланки, которая уже год ходит в детсад, купили кресло-кровать. Славка спит в «Крошке» – сделанной мною кровати – шкафе. Это красивое сооружение от пола до потолка шириной сорок сантиметров. Откидывающаяся полка кровати поднимается на ночь и не мешает сыну днём висеть на прикреплённой к потолку трапеции. Для маленькой Светы (и не только) на трапецию подвешиваются качели. Я на них тоже качался, вместе с дочкой укачивая её перед сном. У стены напротив «Крошки» стояла настоящая «Шведская стенка», по которой лазила Света и приходившие к ней друзья. Много ещё было сделано мелочей для удобства жизни в квартире и делается по сегодняшний день, но сейчас только остро необходимое.
Сделанные вещи своими руками намного сильнее греют душу, чем купленные. Но даже в этом нужна разумная достаточность. Впереди была покупка тяжёлого мотоцикла «Днепр», строительство временного металлического гаража, потом капитального и всё это тоже своими руками.
Десятое апреля 1978 года. Серебряная свадьба у моих сестёр. Я и Вита летим в Донецк на такой замечательный юбилей. Аза, Лёня и мама приезжают в Донецк из Жданова.
Торжество проходит на скромной государственной даче в тёплом кругу близких родственников. И никакого обслуживающего персонала. Думаю, что на время нашей поездки к нам приехала Витина мама, а потом на лето увезла Свету в Харьков.
По непонятным причинам нет у нас писем этих лет. Но наши дети и мы практически каждый год бывали в Харькове и на Азовском море. Вот и в этом году Славик провёл смену в пионерском лагере в Нашему союзу пока четырнадцать лет Жданове. Колпенские купили для него путёвку.
А пионервожатой в этом лагере работала его двоюродная сестра Люда Колпенская.
Со следующего года у Славика началась более напряжённая жизнь. Всевозможные олимпиады и даже участие в шахматных соревнованиях. Вначале Славку привлёк к шахматам дедушка Виктор. Я только научил его правилам, а позже в Н-Челнах построили красивое здание шахматного клуба, в котором Славик стал активно заниматься. Бессменным руководителем клуба и по сегодняшний день остаётся Виктор
Славик в пионерском лагере. Иванович Гончаров.
Октябрь 1978 года. Володя Сударев приносит нам два пропуска на знаменательное для города событие – затопление котлована и перекрытие вспомогательного русла строящейся Нижнекамской ГЭС. 25 октября я и Славка поехали на мотоцикле посмотреть историческое событие.
«Всю ночь с 24 на 25 октября 1978 года в котловане работали погрузчики, автокраны, экскаваторы, самосвалы, вывозившие механизмы, остатки строительных материалов. В свете прожекторов и автомобильных фар всю ночь утюжили рисберму широкозахватные бульдозеры, сгребая остатки мусора на вывоз. «Камгэсэнергострой» демонстрировал свою мощь.
Утром 25 октября на смотровую площадку левобережного сопряжения здания ГЭС потянулся из города людской поток.
Позади широкой импровизированной трибуны на левобережном сопряжении зиял 45-метровой глубины пустынный котлован. Бетонная громада здания гидростанции с примыкающей секцией водосливной плотины протянулась во всю его длину. Строители в первый и последний раз рассматривали сверху всю целостную панораму своего творения, которому они посвятили многие годы трудовой жизни, и которому теперь предстояло навсегда уйти под воду. Почти бескрайней площадью смотрелась гладь бетонной рисбермы, освобожденная от временных строений, вагончиков, механизмов, строительных материалов.
С прибытием руководителей республики и города начался митинг, посвященный важнейшему событию в строительстве Нижнекамской ГЭС.
Руководил затоплением котлована главный инженер «Камгэсэнергостроя» В. А. Альфиш.
В 10 часов 20 минут в середине низовой перемычки раздался мощный взрыв. В небо взметнулся столб грунта. Сначала слабым ручьем, а затем мощным потоком, с каждой минутой расширяя проран, река ринулась в котлован. Мутные потоки Камской воды, сшибаясь и пенясь, ворвались в отсасывающие трубы будущих агрегатов. В 12 часов 30 минут котлован был полностью затоплен, навсегда скрыв от людей подводную часть здания ГЭС. Сразу после затопления началась интенсивная разборка перемычек земснарядами. Новый путь реке через проточный тракт здания гидростанции был открыт, и теперь предстояло преградить путь, по которому Кама текла веками. Ширина русла реки в сжатом перемычкой створе составляла 500 метров, глубина в месте перекрытия – 7-11 метров.