«Об Октябре поет Москва, О празднике великом,
И слышны ее слова
И русским, и таджикам.
В Стране Советской всех ребят
Октябрь сдружил навеки,
Он у костра собрал отряд,
Он много лет тому назад
Зажег костер в Артеке.
Пляшет девочка-узбечка,
На руке блестит колечко.
У узбечки нет привычки
Две косички заплетать:
У москвички — две косички,
У узбечки — двадцать пять».
Я и Фарит уехали автобусом в Ташкент, чтобы улететь оттуда в Набережные Челны. Но билетов не оказалось даже на следующие несколько дней. Я вспомнил о Витином брате, живущем в Ангрене. Поговорил с его женой Галей по телефону. Она объяснила, что Вася сейчас на другой работе и помочь он нам не сможет. Пришлось ехать в город за помощью в представительство КамАЗа. На удивление быстро откликнулся один из руководителей представительства и даже повёз нас на своей машине в аэропорт. Мы были удивлены, но всё прояснилось возле кассы. Билеты нашлись на ближайший рейс, но стоили они нам в полтора раза дороже. Пришлось отодвинуть подальше свою советскую гордость. Что-то действительно неладное происходило в стране.
Пока мы ждали регистрацию на вылет, пришлось понаблюдать за несколькими военнослужащими с сержантскими званиями. Ребята летели из Афганистана домой в отпуск или после демобилизации. Вели они себя вызывающе, чувствуя своё превосходство над другими людьми, не испытавшими того, с чем им пришлось столкнуться на реальной войне. Их все старались обходить, а милиция не замечать происходящего. Меня и раньше волновал парадокс, связанный с войной в Афганистане. Телевидение и газеты создавали видимость незначительности происходящего, а «золотая молодёжь», «застрахованная» от попадания на эту войну, веселилась насколько позволяли деньги родителей. А деньги у всяких работников представительств появлялись далеко не непосильным трудом на благо страны. Процент таких людей был ещё невысок, но как быстро они расплодятся в ближайшем будущем. Как нужен был стране лидер-государственник…
Прилетел я домой шестого ноября, а седьмого пошёл на демонстрацию, на которой совсем «забил голову» Аникину рассказом о командировке.
Конец декабря 1986 г и первая половина января 1987 г мы в отпуске. Мы не летим в другие страны на 10 дней (как теперь модно, чтобы отметиться в ещё одной стране, а у кого были деньги, ездили и летали за «рубеж» и тогда). Мы предпочитали личное общение с близкими нам людьми в сочетании с культурной программой. Жданов, Харьков, Киев, Москва. На встречу Нового года в Жданов из Москвы приехал и наш сын – с уткой и московскими сладостями.
В Харькове тёща довязывает зятю свитер из ниток, которые я спрял. Едем к Витиной тёте Лёле. Она уже серьёзно болеет и поэтому особенно рада нам. Я со Светой едем к Лоре и Толе Макаренкам. Света знакомится с их дочерью Мариной и впоследствии они долго пишут письма друг другу. Потом визит к Клаве и Лёше Переваловым. У всех хорошие семьи, дети и планы на будущее. А Зиночка Хенкина сама приехала к нам, такая же обаятельная. Её сын будет поступать в Харьковский университет.
В Киеве, несмотря на занятость Бори и приболевшую Роню, нам очень рады. Юра опекает Свету. Они идут на ёлку для старшеклассников. А мы с Витой посетили музей истории Киева, где Роня состоит на партучёте. Потом вместе с Юрой были во Владимирском соборе во время торжественной службы по случаю Рождества Христова.
В Москве нас встретил Славик, и мы все вместе поехали к Ильиным (моей двоюродной сестре), где нам тоже очень обрадовались. Вечером этого же дня были дома. Город встретил нас морозом более 30-ти градусов. Ещё оставалось несколько дней отпуска и я, соскучившись по работе, занялся обустройством гаража, а Вита по просьбе шефа вышла на два дня на работу.
Мы нужны близким нам людям, нужны на заводе. Мы имеем возможность нормально растить детей, лечиться, не оглядываясь на размер своего кошелька, и интересно проводить свои отпуска. Что нужно ещё человеку для счастья?!
07. 03. 1987 год. Я назначен начальником Отдела специзмерений корпуса экспериментально-исследовательских работ Научно-технического центра. Это пик в моей карьере, который продлился до 01. 04. 1990 года. Полных три года. Ушёл я с этой должности сам, понимая, что в ситуации сложившейся в стране и конкретно в нашем НТЦ, держаться за должность бессмысленно.