Некоторые запомнившиеся проступки, связанные со школой. … В пятом классе на уроке истории кто-то из ребят меня отвлекал, и после второго замечания Григорий Иванович попросил меня выйти из класса. Я стал возражать. И тогда старый человек стал меня силой вытаскивать из-за парты. Потом меня девчонки долго стыдили, особенно упирая на то, что учитель – герой Гражданской войны.
В шестом классе у меня появился «личный враг», второгодник Жора Шилов. Крепкий парень часто дёргал меня, а я быстро заводился. Осилить я его не мог, но чувство человеческого достоинства во мне родилось раньше меня. Я иногда мог кинуться в драку с более сильными ребятами, когда те мучили кошку, не думая о последствиях. И однажды перед уроком меня так довёл Жора, что я схватил чернильницу и запустил ею в него. Мы все тогда носили с собой чернильницы – непроливайки и писали ручками с металлическим пером. Жора увернулся, а чернильница разбилась о косяк входной двери, в которую входила учительница. Можно представить её состояние и почти полностью ставшим непригодным платье.
В седьмом классе на большой перемене я наблюдал из открытого окна класса, расположенного на втором этаже, за проходившими внизу ребятами. На тротуаре внизу была выбоина. У меня возникла мысль, а смогу ли я попасть в эту выбоину бросив сверху стул. И бросил, убедившись перед этим, что никого из ребят в это время внизу не было. Трудно объяснить этот поступок. Ещё неконтролируемая детскость или зарождающийся исследователь… Пришедший к началу следующего урока директор произнёс одно предложение: «Кто это сделал?» И увёл меня с собой. Выслушав, не стал меня воспитывать (может он лучше меня понял произошедшее происшествие). Приговор: «Отправляйся на урок, а стул заберёшь и вместе с отцом отремонтируешь».
В восьмом классе. Нас стали приобщать к военному делу на уроках начальной военной подготовки. Военруком у нас был Герой Советского Союза. Я, уже мечтавший стать лётчиком, записался в стрелковый кружок и быстро выдвинулся на первые роли из-за серьёзного подхода к делу. То, что мне нравилось, я делал хорошо. Школе принадлежал большой участок земли, на котором были расположены сад, огород и что-то ещё. Военрук пробил на этом участке строительство тира длиной в 50 метров. И его построили по всем правилам. Там мы стреляли по мишеням из малокалиберной винтовки. Ездили на городские соревнования между школами. Однажды возле мишени сел воробей, по которому я не удержавшись, выстрелил. Воробей остался жив, а я отделался серьёзным внушением. А зимой мы стреляли щёточками (такая многоразовая пуля, заострённая с одного конца и щёточкой из волоса сзади) в классе. Я был старшим группы ребят стрелкового кружка. Стрелять по мишени стало скучно, и я решил вместо мишени выстрелить во входное отверстие чернильницы непроливайки, поставленной на жёлоб классной доски. Кисточка попала точно в отверстие, но при этом отвалилось донышко чернильницы. Чернило, как-то вымыли, и мою самодеятельность удалось скрыть. А во второй раз мне пришла идея выстрелить кусочком пластилина по горящей лампочке накаливания, считая, что мягкий пластилин просто прилипнет к стеклу. Любя физику, я ещё плохо знал её законы. Стекло лопнуло с громким звуком заполнившего пустоту воздуха, после чего мы ещё пару секунд наблюдали ярко горящий вольфрам в кислороде воздуха. После этого меня два месяца не допускали в кружок.
Анализируя в зрелом возрасте свои проступки, считаю их особенностями, заложенными во мне природой в сочетании с реальной жизнью. А начало учёбы в шесть с половиной лет - и хорошо, и плохо. Поговорка «перемелется, мука будет» сработала. К концу школы маму уже не вызывали в школу из-за моего поведения. После школы я с удовольствием работал на заводе, приобретая трудовые навыки. После института стал хорошим инженером - исследователем. И эти наклонности сформировались в школе и в семье. Политика государства сыграла не последнюю роль.
Для мамы школа, вуз были храмом, своего рода религией. Начальная школа, зима и мороз 24 градуса. Мама, утеплив меня насколько возможно, отправляет в школу. Иду в школу по совершенно пустому посёлку. Дверь в школу закрыта и мне пришлось долго стучать, пока через стекло я увидел женщину, которая жестами показала мне, чтобы я возвращался домой. Оказывается, занятия из-за мороза отменили. Не могу понять, почему мне не открыли дверь, чтобы я мог немного согреться перед обратной дорогой.