С девушкой я больше не общался на эту тему. Я её особенно не интересовал. Будучи студентом третьего курса, я встретил её в Харькове. Она поступила на первый курс инженерно-строительного института. Но и тогда у нас оказались разные интересы.
У Лёни Орловского я не стал прояснять причины его исчезновения. Почти как в песне В. Высоцкого: «Если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а так…» Мы хорошо общались до моего института и его службы в армии. А потом был этап моей работы после института в Мариуполе и далее моя служба в армии. Переезд в город Набережные Челны на строительство КАМАЗа. И уже работая в УГК КАМАЗа в конце 70-х, я получил известие о смерти Лёни, связанной с заболеванием нервной системы.
Проведение школьных каникул.
Чем будет заниматься ребёнок или юноша во время школьных каникул всегда было важным делом для родителей. В начальных классах особых размышлений не было. Конечно, пионерский лагерь. И Советская страна предоставляла такую возможность практически всем родителям, желающим оздоровить своего ребёнка. Конечно, в такие лагеря, как Артек на Чёрном море в Крыму попадали не многие. Дети, побывавшие в Артеке, жили с чудесными воспоминаниями о нём всю жизнь.
Лагеря «местного» значения были разные по уровню мероприятий, проводившихся с детьми, и местности, где был расположен лагерь. А бытовые условия, качество и количество питания определялись нормами и были приблизительно одинаковы везде. Большинство семей жило очень скромно, и лагерь был для них подспорьем ещё и с материальной стороны. Путёвки были за символическую цену.
Лагерь, в который отправляли три года меня, находился в Мариуполе на берегу Азовского моря, между ж/д вокзалом и морским портом. Интересно было в коллективе ребят. Походы местного значения, выходы к морю и купание у берега в пределах 10-ти минут, хорошая еда. Но это быстро надоедало. Технического обеспечения для занятий спортом и в различных кружках ещё не было. Поэтому, когда родители предложили мне остаться на вторую смену, я категорически отказался. Свободная жизнь для нас была значительно интереснее. Мой институтский друг Толя Семенцов, живший в городе Кандалакша, сбежал из лагеря, не выдержав и одной смены. Для русского (даже подростка) воля превыше всего.
Перед работой над этой книгой, я написал рассказы для внука Кости, названные «Гена и велосипед», воспринятые моими родственниками, друзьями и хорошими знакомыми вполне доброжелательно. Там написано много о моих занятиях во время каникул. Сейчас напишу о событиях, не связанных с велосипедом.
1954 год. Мне двенадцать с половиной лет. Отец договорился со своим младшим братом, живущим на Кубани в станице Новоплотнировская, что я проведу у них часть лета. Перед этим в Мариуполь приехали в гости два сына моего дяди Коли. Борис на три года старше меня, и Володя – на четыре года младше. Папа и дядя договорились, что меня определят в колхозе на настоящую работу.
Всё было интересно. Нас проводили в морской порт, и мы на стареньком теплоходе пошли на Ейск. Расстояние от Мариуполя – 68 километров. Оказалось, что плыть пассажиром, да ещё когда половину пути не видно берегов, неинтересно. Из Ейска поезд до станицы Староминская, где у нас пересадка на поезд, проходящий через станицу Ленинградскую. От станицы Ленинградской на попутке до Новоплотнировской. Целое путешествие для мальчишки 12-ти лет.
В Староминской произошло событие, оставшееся в памяти на всю жизнь. Время ожидания поезда около шести часов. Смотреть особенно нечего, и неожиданно замечаем, что некоторые люди находят обломки стёкол и, зажигая спички, наносят на поверхность стекла копоть. Оказалось, что должно произойти полное солнечное затмение. Мы тоже сделали подобным образом светофильтр. Прикоснулся и я, таким образом, к основам мироздания. Солнечную корону я толком не рассмотрел, но наступившая на короткое время ночь среди бела дня произвела впечатление. Особенно гвалт птиц, появившихся непонятно откуда, и тоже непонимающих, что происходит.
Попуткой оказался бензозаправщик на базе автомобиля ГАЗ-51. По бокам цистерны у этих автомобилей смонтированы деревянные ящики, на которых мы разместились, держась за металлический поручень. Перевозить на бензозаправщиках людей категорически запрещено, но кто, особенно в то время в России, обращал внимание на такие запреты. А я, начитавшись книг о войне, представлял себя, по крайней мере, разведчиком. Хорошо катить в детстве летом степью по грунтовой дороге. С высоты автомобиля степь видна на многие километры, поют птицы, не заглушаемые работающим двигателем, а сзади длинный шлейф пыли.