Вернусь к жизни в лагере. Запомнилось питание – простое, натуральное (тогда других продуктов не было) и большое по количеству. За один стол садилось всё отделение. Треть отделения – девушки. Все мы молодые, натрудившиеся во время практических занятий, не страдали отсутствием аппетита. Размер шницеля, к примеру, занимал половину тарелки. Съев свою порцию, часть ребят шли за добавкой и им накладывали в тарелку ещё порцию. А отдельные ребята просили девушек, чтобы и они сходили для них за добавкой. Мясо у нас всегда было свежее. Из селения привозили только что убитого бычка, после съедания которого, ехали за вторым.
Группы разрядников регулярно уходили на серьёзные восхождения. Восхождения тщательно готовились и утверждались на совете инструкторов. Питание группа получала сухим пайком, в который входила даже такая экзотика, как сухофрукты, вяленая рыба и шоколад. Но всё в пределах утверждённой сметы – в зависимости от категории сложности покоряемой вершины.
Всегда соблюдался церемониал встречи группы вернувшейся с восхождения. Общее построение, поднятие флага под торжественную музыку, короткий отчёт группы и поздравления, как официальные, так и личные. Повара готовили для вернувшейся группы что-нибудь вкусненькое. Чаще всего пирог и компот.
Были при восхождениях несчастные случаи и со смертельным исходом тоже. Чаще из-за амбиций и недостаточной подготовленности, а иногда из-за невозможности всё предусмотреть. В нашу смену несчастных случаев не было. В этом плане немного о Виталии Абалакове. О нём нам рассказали на занятиях по теории альпинизма. В молодости он и его брат Евгений сделали много глупостей, повышая своё альпинистское мастерство.
Из книги В. А. Кизеля о В. М. Абалакове: «После драмы на Хан-Тенгри Виталий Абалаков 10 лет вообще не ходил в горы. Сначала это были последствия аварии и операций, затем НКВД и, наконец - война. «Альпинизм – спорт мужественных людей, - пишет он. – И противником являются горы. Это ужасный и опасный противник». Его общий настрой меняется. И когда он снова появляется в горах, то основным его лозунгом (и делом) становится безопасность. Каждая экспедиция готовится тщательно, проводятся мощные тренировки, идет работа над созданием отличного снаряжения. Безопасность для него означала и тактику. Одним из первых он стал продумывать планы постепенной (этапной) акклиматизации. По генеральному плану организовывались промежуточные лагеря, целая цепь обеспечения едой, спальными мешками и палатками. На случай аварии наготове были спасательные отряды, штурмовая команда имела радиосвязь с тренером, который принимал все основные решения. Он признает и роль команды или, как тогда называли – «коллектива». Этот стиль на многие годы становится решающим для высотного альпинизма в стране.
Теперь альпинисты в СССР должны были проходить основательную подготовку, которая гарантировала высокую степень умений. Обучение в альплагерях исключало добрую часть легкомысленных ошибок. Долгий, но престижный процесс обучения обеспечивал формирование сильной элиты, из которой впоследствии вышли многие экстра-альпинисты Советского Союза, России и стран СНГ. Успех российской команды на западной стене К2 в 2007 г. без жёсткой советской школы и продуманного взаимодействия команды не был бы возможен: 11 участников взошли на вершину по сложнейшему маршруту. И ни одного несчастного случая, ни одной травмы! Подготовкой этого успеха в далеком 1946 г. «руководил» также и Виталий Абалаков. Именно он организовал в Московском спортивном обществе «Спартак» секцию альпинизма. Почти 20 лет он организовывал экспедиции, в которых никогда не было аварий, не было погибших. Самым большим успехом было первовосхождение на пик Победы (7439 м) в 1956 г. 11 человек взошли на эту требовательную, подверженную ударам бурь гору на Тянь-Шане».
У нас как начинающих альпинистов всё было проще. Все наши действия определены программой обучения, а при выходах на занятия – указаниями инструктора. В середине смены у нас появился и помощник инструктора – сильный и опытный парень из народов Кавказа. Обед по расписанию. После обеда около трёх часов отдыха. Появилось желание с пользой использовать это время. Выяснил у инструктора, где находится альплагерь «Баксан». Оказалось, что расстояние до него всего около семи км и проложена тропа по склону вдоль реки Баксан. И я стал бегать по этой тропе к ребятам. Река при беге была не видна, и я даже не подозревал, что бегу вдоль неё. Это сейчас при наличии карт, сделанных с использованием космических технологий, всё можно найти и рассмотреть. Постепенно втянулся в процесс бега, и он даже стал приносить удовольствие. Света всегда встречала меня с почти материнским участием, а в кармане у неё лежал припасённый сахар (как для беговой лошадки).