До освобождения Мариуполя от оккупантов оставалось более полутора лет, и их как-то нужно было прожить. К счастью для меня, у мамы было молоко. Впоследствии она рассказала мне, что кормила меня грудью полтора года, потому что до этого срока она кормила и моих сестёр. Но тогда не было войны.
Из рассказа моей однокурсницы, родившейся почти одновременно со мной. Её маму война застала в сельской местности, где они занимались строительством укреплений, и она по каким-то причинам не смогла вернуться в Харьков. После всего пережитого и рождения девочки у неё не было молока. Скорее всего, никакой медицинской помощи тоже не было. Коровье молоко тоже отсутствовало. И первые три дня новорожденную кормили кашицей из тыквы. И только через три дня из соседнего села стали приносить немного молока. Огромная жизнестойкость была у наших мам. Моя мама прожила 87 лет, а мама моей однокурсницы 93 года.
Много пришлось пережить жителям посёлка, который находился к востоку от города, и при его освобождении. Маршрут советских самолетов, летавших бомбить военные укрепления немцев, проходил как раз над ним. Зенитная оборона у немцев была хорошая, и самолётам не всегда удавалось сбросить бомбы на заданные цели. Им приходилось их сбрасывать на обратном пути. Взрывы часто происходили рядом с посёлком. Мама в таких случаях собирала нас в доме на кровати, а сама ложилась сверху. Она считала, что если бомба попадёт в дом, то пусть погибнут все сразу. Об этом написала в письме моя сестра Роня. Она вспомнила об этом, смотря телерепортажи о бомбардировках Югославии в 1999 году ну очень «цивилизованными» странами НАТО.
Когда фронт приблизился совсем вплотную к посёлку, несколько женщин с маленькими детьми решили пересидеть ночь в подвале. На соседней улице у знакомых был большой подвал, вырытый рядом с домом. Выше отмечалось, что немцы тщательно подготовились к уничтожению всего ценного, что оставалось в городе. В эту ночь перед отступлением был, наверное, заключительный обход. Немец поднял крышку подвала, посветил внутрь фонариком и закрыл крышку. Эта минута показалась сидящим в подвале вечностью. И на этот раз пронесло.
Рано утром началось наступление с предварительной артподготовкой, в которой участвовали и реактивные установки, получившие в войсках название «Катюши». Много людей и особенно мальчишки вылезли из своих укрытий посмотреть на красивое зрелище, забыв об опасности. Это был для переживших оккупацию людей самый большой праздник в их жизни, не считая окончательной Победы 9 мая 1945 г.
День освобождения Мариуполя совпал с днём рождения моей сестры Азы. Ей исполнилось 15 лет. Незадолго до этого дня её уже внесли в списки молодых ребят и девчат, отправляемых на работы в Германию. И здесь повезло.
Началась послевоенная жизнь. Вначале не менее трудная, чем при оккупации. Об отце мы ничего не знали. И только через некоторое время после победоносного окончания войны, отец прислал письмо из Германии.
Из письма моей двоюродной сестры Лины Пача, написанного в период после преступного развала Советского Союза: «А жизнь у нас сейчас хуже, чем после войны». Такие параллели.
И с т о к и м о е й ж и з н и
Мои родители: папа – Константин Елисеевич Мороча и мама Александра Петровна (в девичестве Дедеш) – родились, выросли и создали семью в селе с символическим названием Константинополь, основанном греческими переселенцами из Крыма.
Моя фамилия Марача, появилась в результате ошибки работника послевоенного государственного учреждения, выдавшего маме свидетельство о моём рождении, взамен немецкого документа, выданного при моём рождении.
Константинополь — село, центр сельского Совета. Расположен в месте слияния рек Сухие Ялы и Волчьей, в 25 км к северо-востоку от районного центра и в 20 км от железнодорожной станции Роя. Через село проходит автодорога Донецк — Запорожье. Дворов — 396, населения — 1193 человека. Сельскому Совету подчинены населенные пункты Разлив и Улаклы.
Константинополь основан в 1780 году греками-переселенцами из крымских сел. В феврале 1918 года здесь установлена Советская власть, весной создан ревком, в конце года избран сельский Совет. В 1929 году образовались два ТОЗа, в январе 1930 года объединившиеся в артель.
Две войны России с Турцией за уверенный выход к Чёрному морю окончились в 1783 году. Но еще в 1778 году, имея в Крыму большое военное преимущество, Россия организовала переселение – депортацию крымских христиан (около 30 тысяч человек). Организация переселения была поручена А.В. Суворову, командовавшему в это время в Крыму русскими войсками. Процесс убеждения и давления был очень сложным. Большинство христиан жили в Крыму несколько сотен лет, частично смешавшись с татарами. Быт и взаимоотношения между конфессиями был как-то отлажен, и люди не очень стремились в новые места.