— Пусти. Пусти сейчас же!
Я начала выворачиваться и заколотила по дивану ногами в попытке достать до Гарая. Он навалился на меня всем телом и низко прорычал в самое ухо:
— Да ни хрена, Маша. В следующий раз будешь думать о последствиях.
— Я тебя убью, — зарычала в ответ, шлепая его по руке. Это было единственное место, до которого я в итоге смогла дотянуться. Гарай зловеще засмеялся.
— Можешь попытаться.
Он перехватил меня, придавливая ноги своим тяжелым бедром и полностью обездвиживая. А потом удары на мою попу начали сыпаться градом. Жалящие, растекающиеся предательским жаром по всему телу и заставляющие низ живота сладко сжиматься.
— Никто.
Удар.
— Никогда.
Удар.
— Так.
Удар.
— Не унижал меня.
Гарай замер, а его ладонь осталась лежать на моей измученной ягодице. Мы оба тяжело дышали, и в тишине комнаты эти звуки были громче колокольного звона. Неожиданно рука исчезла, а бедро перестало давить на ноги. Я тут же скатилась с твердого тела, неловко падая на колени и оказываясь с Гараем лицом к лицу. Его ноздри широко раздувались, а грудная клетка ходила ходуном. Нужно было бежать из этой комнаты, но его горящий взгляд как будто удерживал меня на полу. Я нервно облизнула пересохшие губы. Гарай едва заметно качнулся вперед.
Глава 9
Мария
Я боялась даже пошевелиться, замерев словно маленькое животное перед грозным хищником. В коридоре, практически у самой двери, раздался чей-то громкий смех, приводя меня в чувства. Я подскочила на ноги и бросилась к выходу. Снаружи остановилась, судорожно вспоминая, где находится уборная, и понеслась туда. Забежала в туалет, провернула замок и без сил привалилась к стене. Дыхание до сих пор не восстановилось после произошедшего. А что, собственно, произошло?
На негнущихся ногах я подошла к зеркалу и взглянула на свое отражение. Лицо покрывал яркий румянец, волосы были в отвратительном беспорядке, а зрачки расширились настолько, что радужки практически не было видно. Я прикусила палец, нервно вгрызаясь в ноготь. Глупо было отрицать очевидное: я возбудилась, когда этот придурок отшлепал меня. И это ощущение было ярче и интенсивнее всего того, что я когда-либо испытывала.
Из моей груди вырвался обреченный стон. Я резко открутила кран и начала плескать в лицо холодной водой. Нужно было прийти в себя. Перед глазами встало ошалевшее лицо Гарая. Кажется, случившееся шокировало не только меня. Интересно, а чему удивился он? Умывшись, я несколько раз убедилась в том, что Гарая нет поблизости, и только после этого вышла из уборной. Постоянно оглядываясь, как воришка, быстро сбежала с выставки.
По пути позвонила Оле и предупредила, что в лавку сегодня уже не вернусь: нужно было обдумать случившееся. Хотя думать как раз и не хотелось. Вместо этого я мечтала зарыться с головой в одеяло, проораться как следует и выбросить ненавистного Гарая из мыслей раз и навсегда. Он не мог мне нравиться. Просто не мог. Это противоестественно! Мужчина, пытающийся уничтожить мою семейную лавочку, не может привлекать меня. Пусть даже и исключительно на физиологическом уровне.
— Какой-то сбой в организме, — произнесла я вслух и покачала головой.
Прекрасно, из-за этого придурка я еще и сама с собой начала разговаривать. Нужно было как можно быстрее прекратить это нелепое противостояние. А лучший способ сделать это — переключить внимание Гарая. Но как? Весь вечер я провела, сосредоточенно разглядывая потолок, а следующий день ходила с отсутствующим видом.
— Все нормально? — не выдержала после обеда помощница.
— Да. Нет. Слушай, — я повернулась к ней. — У тебя наверняка в таких делах побольше опыта.
Оля улыбнулась и тут же забралась на прилавок.
— Не обижайся, но мне кажется, что у меня в любых делах побольше опыта. Ну, кроме этих твоих книг.
Я закатила глаза, игнорируя выпад, и села рядом.
— Надо сделать так, чтобы человек отвлекся от дела, связанного со мной, и переключился на что-нибудь другое.
Оля заинтересовано взглянула на меня, и мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы не покраснеть.