- Как же, как же! - фыркнул Карум. - "Битва Пинты и Белой Дженны", в сопровождении носовой флейты и тембалы.
- Нет, умник, это будет другая баллада: "Как темная воительница. Марга спасла шкуру одного принца".
- Я сама напишу балладу, - сказала Дженна, - хотя и не умею слагать стихи, и она будет называться: "Как Дженна стукнула лбами двоих".
Карум рассмеялся, Пинта, к удивлению Дженны, тоже, и когда Карум протянул руку. Пинта ее пожала.
- Но куда же нам идти? - спросила она после.
Пока они раздумывали над этим, к ним подошла высокая длинноносая женщина.
- Я Калилла, мать Армины. Тут есть задняя дверь, которую Мать Альта велела показать вам.
Армина повернулась и свистнула, остановив идущих за ней детей.
- Мать Альта сейчас будет говорить с вами, и вы должны слушать ее, не перебивая. И делать все, что она скажет - как всегда. Большие, позаботьтесь о малышках. Быть может, впереди нас ждут испытания и нам будет страшно. Но мы все дети Альты и не должны бояться.
Девочки серьезно закивали ей в ответ.
Армина распахнула резную дверь ногой, пропустила детей в комнату, вошла сама и закрыла дверь за собой.
- Мы пришли, Мать, - сказала она. Мать Альта улыбнулась.
- Садитесь, детки, и я расскажу вам одну историю. - Девочки расселись у ее ног. - Давным-давно, когда вас еще на свете не было, первая Мать Альта Ниллского хейма увидела сон о великой грядущей битве. Ей приснилось, что все дети спаслись, потому что спрятались в норке, как зверюшки. И она велела построить, убежище. - Мать Альта опять улыбнулась и приложила палец к губам. Девчушки поменьше повторили это за ней. - Сегодня особый день, потому что мы с вами откроем это убежище. Армина проводит вас туда, и вы останетесь там. На полках вы найдете еду и будете есть, когда проголодаетесь, а все остальное время спать. Ну-ка, кто из вас будет крольчатами?
Семь девочек подняли руки.
- Хорошо, - сказала Мать Альта так, будто могла их видеть. - А кто будет кротиками?
Поднялись еще две руки.
- А мышками-норушками? На этот раз рук было много.
- А вы, старшие, будете лисами и ежиками, которые следят за порядком. Все понятно?
Девочки закивали так дружно, что жрица почувствовала это движение.
- Когда еда кончится, лисички одна за другой будут выходить и смотреть, все ли спокойно. Если нет, возвращайтесь назад и сидите, пока вас не позовут. Свою спасительницу вы узнаете по белым волосам. Это будет Анна, посланная Великой Альтой.
- Но мы уже видели Анну, Мать, - пискнула четырехлетняя девочка с золотыми волосами. - На лестнице.
- Вы увидите ее снова. Она придет за вами с огненным мечом и пылающим сердцем.
- А ты тоже пойдешь с нами? - не унималось дитя. - Нет - укрытие годится только для маленьких.
- Так ведь и ты маленькая.
Армина зашипела на девочку, приказывая ей замолчать, но Мать Альта только улыбнулась.
- Я не пойду с вами в норку, зато буду вас сторожить. Девочка довольно кивнула.
- Армина, - приказала Мать Альта, подавшись вперед, - построй детей перед зеркалом.
Армина исполнила приказ, затратив на это не больше минуты.
- Теперь поверни знак Богини вправо.
Армина повиновалась. Раздался громкий скрежет, пол у резных ножек зеркала разошелся, и показались темные ступени.
- Взгляните каждая в зеркало Матери Альты, где когда-нибудь найдете своих темных сестер, и спускайтесь. Армина проводит вас и будет освещать вам дорогу.
Армина сняла со стены лампу, зажгла ее, посмотрелась в зеркало и повела детей вниз. Когда последняя девочка исчезла из виду, Мать Альта со вздохом смахнула слезы, собравшиеся в уголках ее мраморных глаз.
ЛЕГЕНДА
Жила-была одна старуха у Нилхаллского Перекрестка, и было у нее так много детей, что она держала их в погребе, словно кроликов или мышей. Никто не знал об этих детях, да никому и в голову не приходило, что у старухи они есть - до того она была страшна.
Однажды старуха умерла - то ли от хвори какой, то ли от собственной скупости. Когда стражники пришли, чтобы вынести ее и похоронить, они увидели лаз в погреб и подняли большую деревянную крышку.
Оттуда вылезли тридцать семь изголодавшихся детишек разного возраста, но они так долго пробыли в подземелье, что ослепли все до одного, а их длинные нечесаные волосы побелели. С тех пор Нилхаллский Перекресток стал зваться Домом Белых Детей.
Это правдивая история. Ее рассказывала Салла, дочь Вильмы, чей прапрапрадед служил в те дни стражником и сам открывал подземелье.
ПОВЕСТЬ
Калилла провела их через зал на кухню, которая была втрое больше кухни Селденского хейма.
Пинта глазела по сторонам, Дженна не сводила глаз с Калиллы, Карум шел позади.
- Дженна, - шепнула Пинта, - они греют масло в котлах.
- И воду тоже, - сказала Дженна.
- Ты ж не смотрела.
- Я смотрю краем глаза, как в лесу. И тебе советую.
- Не учи меня, Джо-ан-энна.
- А ты не будь дурочкой, Марга.
- И дурочкой меня тоже не называй.
Калилла внезапно остановилась, и все сгрудились вокруг нее.
- Вот. Эта дверь выходит на крутую узкую тропку, ведущую к Халле.
- Халла - это река, - пояснил Карум.
- Да. Река быстрая и коварная, поэтому будьте осторожны.
- Я не умею плавать, - сказала Пинта.
- Я тоже, - созналась Дженна.
- Я умею, - заявил Карум.
- В Халле плавать нельзя, хотя всех наших девочек смолоду учат переходить ее в спокойных местах. Тропка хоть и крутая, но торная. Наши часовые проходят по ней каждый день, а больше никто о ней не знает. Как спуститесь к реке, идите по течению, пока не придете к березовой роще. Там поверните на восток и за день доберетесь до Приюта Бертрама.
- Это и есть мое убежище, - добавил Карум.
- Будет ли он там в безопасности? - спросила Дженна.
- Бертрам - это великий святой их веры, воин, отказавшийся воевать. Гаруны никогда не нарушают его святилищ. Они странные люди, и боги у них кровавые, но при всем том они честны. Но женщин в эти святилища не допускают - придется вам оставить его там и продолжать свое странствие. Тяжек будет для вас этот год, если он так начинается.
- Теперь у нас есть великая цель, - сказала Пинта. Дженна тронула себя за грудь там, где шуршал пергамент, но промолчала.
- А как насчет еды? - спросил Карум.
- Найдете все, что нужно, в лесу. Нет времени собирать вам что-то в дорогу, кроме вот этого. - Калилла подняла с пола три винных меха. - И еще я нашла для вас немного хлеба с козьим сыром. - Она достала из глубокого кармана кожаный сверток и вручила Каруму. - Идти вам всего один день, не успеете проголодаться. Ну а если уж...
- Знаем, - сказал Карум. - Орехи, грибы и коренья. Только ягоды брать нельзя.
- Вот и ладно, - нехотя улыбнулась Калилла. - Стало быть, нужды у вас ни в чем не будет. - Она открыла дверь. - Да благословит Альта ваши руки и ноги.
Девочки, кивнув, выскользнули наружу, но Карум задержался и произнес громким шепотом:
- Пусть смотрят на тебя глаза Темного Морги, и пусть его плавники пенят воду у тебя за спиной.
Калилла опешила.
- Так прощаются морганиане. Они живут на южном побережье Континента и едят только то, что находят на берегу в час отлива. Странные люди и питаются невесть чем, однако честные! - И Карум последовал за девочками, успев услышать короткий, лающий смех Калиллы.
Тропа начиналась от самой двери. Справа на отвесном утесе высился хейм, слева такой же отвесный обрыв падал к Халле. Путники шли осторожно, прислушиваясь к сердитому рокоту реки далеко внизу.
Пинта поскользнулась на осыпи и шлепнулась наземь, подвернув запястье, но тут же встала и отряхнулась, несмотря на боль.