Молодой человек повернулся к открытой двери. В магазине у стеллажей стояли двое мужчин в плащах — обычные покупатели — и рассматривали книги.
— Мама, — тихо позвал молодой человек, — Можешь войти, мама. Мистер Баггидж здесь.
В контору вошла миниатюрная женщина лет шестидесяти и встала рядом с молодым человеком. В молодости она явно была ослепительно красива: она и сейчас сохранила стройную для своего возраста фигуру, но в данный момент на ее лице лежали следы отчаяния и усталости, а голубые глаза потускнели от горя. На ней было черное пальто и простая черная шляпка. Войдя, она оставила дверь открытой.
— Мистер Баггидж, — сказал молодой человек. — Это моя мать, миссис Норткоут.
Мисс Тоттл, живая картотека имен, моментально развернулась к мистеру Баггиджу и бросила ему предупреждающий взгляд. Мистер Баггидж принял сообщение и обратился к женщине самым учтивым тоном, на какой только был способен:
— Что я могу для вас сделать, мадам? Женщина открыла свою черную сумочку и достала письмо. Она аккуратно его развернула и протянула мистеру Баггиджу.
— Значит, это прислали мне вы? — сказала она. Мистер Баггидж взял письмо и некоторое время изучал его.
Его ассистентка мисс Тоттл молча наблюдала за ним.
— Да, — признал Баггидж. — Это мое письмо и мой счет. Все верно. В чем проблема, мадам?
— Я пришла сюда для того, чтобы спросить вас, — произнесла женщина, — вы уверены, что здесь нет никакой ошибки?
— Боюсь, что нет.
— Но это невероятно… Я не могу поверить, что мой муж покупал эти книги.
— Так, дайте вспомнить… Ваш муж мистер… мистер… Э-Э-Э…
— Норткоут, — подсказала мисс Тоттл.
— Да, мистер Норткоут, да, конечно же, мистер Норткоут. Он нечасто бывал здесь, пару раз за год, но он был хорошим клиентом и замечательным человеком. Примите мои искренние соболезнования, мадам, по поводу вашей тяжелой утраты.
— Благодарю вас, мистер Баггидж. Но вы абсолютно уверены, что ни с кем его не перепутали?
— Это исключено, мадам. У меня нет ни малейших сомнений. Вот моя секретарша, она подтвердит, что никакой путаницы быть не может.
— Могу я взглянуть? — мисс Тоттл встала, подошла к столу мистера Баггиджа и взяла письмо. — Да, — кинула она, пробежав по нему глазами. — Я сама его печатала. Никакой ошибки нет.
— Мисс Тоттл работает со мной много лет, — пояснил Баггидж. — Она хорошо знает свое дело и еще ни разу не допустила ни одной ошибки.
— Очень на это надеюсь, — сказала мисс Тоттл.
— Так что все правильно, мадам, — пожал плечами мистер Баггидж.
— Но это просто невозможно, — воскликнула женщина.
— Ах, мадам, мужчины есть мужчины, — развел руками Баггидж. — Всем им время от времени нужно немного развлечься, и в этом нет ничего дурного, не так ли, мадам?
Баггидж вальяжно развалился в кресле и терпеливо ждал, когда все наконец закончится. Он чувствовал себя хозяином положения.
Женщина стояла, выпрямив спину, не двигаясь с места и пристально глядя прямо в глаза книготорговцу.
— Эти странные книги, перечисленные в вашем счете, — проговорила она, — они печатаются шрифтом Брайля?
— Чем?
— Шрифтом Брайля.
— Не понимаю, о чем вы говорите, мадам.
— Так я и думала, — кивнула она. — Мой муж мог читать эти книги только в том случае, если они были напечатаны шрифтом Брайля. Сорок лет назад во время сражения при Аламейне он ослеп и с тех пор ничего не видел.
В конторе внезапно наступила тишина. Мать с сыном молча наблюдали за мистером Баггиджем. Мисс Тоттл отвернулась и смотрела в окно. Мистер Баггидж откашлялся, словно хотел что-то сказать, но потом передумал. В контору тихо вошли двое мужчин в плащах, они слышали каждое слово через открытую дверь. Один из них предъявил мистеру Баггиджу свое удостоверение:
— Инспектор Ричарде, отдел тяжких преступлений, Скотланд-Ярд.
Мисс Тоттл направилась было к своему столу, но он ее остановил:
— Пожалуйста, ничего не трогайте, мисс. Оставьте все бумаги на месте. Вы оба поедете с нами.
Сын нежно взял мать под руку, вывел из конторы, провел через магазин, и они вышли на улицу.
ХИРУРГ
— Все вдет прекрасно, — сказал Роберт Сэнди, усаживаясь за стол. — Вы быстро поправляетесь. Можете больше не приходить ко мне на прием.
Пациент закончил одеваться и обратился к хирургу:
— Могу я поговорить с вами еще минутку?
— Разумеется, — кивнул Роберт Сэнди. — Садитесь, пожалуйста.