— Я слишком потрясен, чтобы радоваться, — ответил Роберт Сэнди. — Дайте мне пару минут. Мне нужно придти в себя.
— Имейте в виду, — заметил Гарри Голд. — Никто не стал бы ждать меньшего от короля Саудовской Аравии. Вы спасли жизнь молодого принца?
— Кажется, да.
— Тогда все ясно. — Ювелир снова положил бриллиант в сгиб белой бумаги и смотрел на него влюбленными глазами. — Я думаю, камень принадлежал старому королю Ибн-Сауду Аравийскому. Если это действительно так, то он никому не известен в ювелирных кругах, и следовательно его цена повышается. Вы собираетесь его продать?
— О Боже, да я понятия не имею, что с ним делать, — воскликнул Роберт Сэнди, — Я в полном замешательстве.
— Можно я вам дам совет?
— Да, пожалуйста.
— Если вы захотите продать камень, вам следует выставить его на аукцион. Неизвестный бриллиант такого качества вызовет огромный интерес, в дело вступят богатые частные покупатели и предложат более высокую цену, чем ювелиры. А если вы объясните его происхождение, расскажете, что получили его от короля Саудовской Аравии, то его цена подскочит до небес.
— Вы были очень любезны, — поблагодарил его Роберт Сэнди. — Когда я соберусь его продавать, то за советом приду только к вам. Но неужели в магазинах бриллианты и в самом деле стоят в два раза дороже, чем у ювелиров?
— Я не должен вам этого говорить, но боюсь, это правда, — подтвердил Гарри Голд.
— Значит, если я куплю бриллиант на Бонд-стрит, то заплачу вдвое больше его действительной стоимости?
— Примерно так. Многие молодые леди пережили настоящий шок, когда пытались продать подаренные им драгоценности.
— Значит, бриллианты вряд ли можно назвать лучшими друзьями молодых девушек?
— И, тем не менее, они приносят массу удовольствия, — заметил Гарри Голд, — как вы только что выяснили. Но вообще-то я бы не посоветовал непрофессионалу вкладывать в них деньги.
Выйдя на улицу, Роберт Сэнди сел на велосипед и покатил домой. У него кружилась голова, будто он только что выпил целую бутылку вина. Подумать только — старина Роберт Сэнди спокойно едет по улицам Оксфорда, а в кармане его старого твидового пиджака лежит больше полумиллиона долларов! Безумие! Но, как ни странно, это правда.
Он подъехал к своему дому на Акация-роуд в половине четвертого и поставил велосипед в гараж рядом с машиной.
Внезапно он понял, что бежит по дорожке, ведущей к входной двери.
— Немедленно прекрати! — громко приказал он себе и резко остановился. — Успокойся. Ты должен удивить и обрадовать Бетти. Ее нужно подготовить.
Но нет, он просто не мог дождаться, когда сообщит сногсшибательную новость своей очаровательной женушке и увидит при этом ее лицо. Он нашел ее на кухне, она укладывала в корзину банки с домашним вареньем.
— Роберт! — воскликнула она, как обычно радуясь его приходу. — Ты освободился пораньше! Как хорошо!
— Да, пожалуй, пришел рановато, — он поцеловал жену.
— Ты не забыл, что мы собираемся к Реншо на выходные? Нам скоро нужно выезжать.
— Забыл, — пожал он плечами. — А может, нет. Наверное, поэтому я вернулся пораньше.
— Я решила отвезти Маргарет варенье.
— Хорошо, — кивнул он. — Очень хорошо. Отвези ей варенье. Какая прекрасная идея — отвезти Маргарет варенье.
Почувствовав что-то неладное в его поведении, она развернулась и внимательно посмотрела на него.
— Роберт, что случилось? Что-то не так.
— Налей нам выпить, — попросил он. — У меня есть для тебя новости.
— О милый, надеюсь, ничего страшного не произошло?
— Нет, — покачал головой он. — Новости скорее смешные, чем страшные. Думаю, ты повеселишься.
— Тебя назначили заведующим хирургического отделения?
— Еще смешнее, — ответил он. Налей нам что-нибудь покрепче и садись. Я все тебе расскажу.
— Вроде бы еще рано для выпивки, — заметила она, но тем не менее достала из холодильника лед и стала смешивать виски с содовой. Готовя выпивку, она время от времени бросала на мужа тревожные взгляды.
— Я никогда не видела тебя в таком состоянии, — сказала она. — Ты страшно взволнован, но притворяешься спокойным. У тебя все лицо красное. Ты уверен, что новости хорошие?
— Мне так кажется. Но я предоставлю тебе решать самой.
Он уселся за кухонный стол, и она поставила перед ним стакан с виски.
— Ну, ладно, — кивнула она. — Начинай.
— Сначала налей себе тоже, — потребовал он.
— Господи, да что с тобой? — недоумевала она, но все-таки плеснула себе в стакан немного джина и уже потянулась за льдом, как он остановил ее: