— В общем, в ночь Хэллоуина мне стало невмоготу, и я отправился удовлетворять свое любопытство. Затем хотел узнать, где маги празднуют Самайн и набраться вместе с ними хорошенько. — руку от лица Северус не убирал, только начал массировать переносицу большим и средним пальцем и крепко зажмурился. — Так что я добрался до Суррея и пошел искать городишко ЛитлУитинг. Типичный пригород. Дом у тетки Поттера маленький, типовой, таких там по сотне на каждой улице. В таких жилищах довольно холодно, по крайней мере если на ночь хорошенько не протопить, а осень, как ты понимаешь, в самом разгаре. В общем, нашел я мальчишку в его каморке…
— Каморке? — Удивился Снейп, открыв свои черные глаза и вскинув бровь.
— Ну да! А чего ты удивляешься. Маглам иметь детей — дорогое удовольствие, а им на шею подкинули того, кого они не планировали. Хорошо хоть какой-то угол выделили… — я пожал плечами, для меня логика Дурслей была довольно очевидной. Слишком сурово я бы с нелюбимым родственником не обращался, но и слов любви он от меня бы не слышал. — Хотя, сейчас его вроде переселили в комнатку, которую они планировали для своего второго ребенка. Не сбивай меня с мысли. Зашел я в дом, огляделся, нашел вашу знаменитость, смотрю на этого мелкого и его тоненькие одеялки, под которыми он сжимается от холода, и что-то мне его так жалко стало, что я прыгнул домой, прихватил теплый плед из запасов и укрыл беднягу. Потом я не нашел празднующих магов, но наткнулся на тебя. А потом случилось то, что в некоторых историях называют «Расплата за милосердие».
— Снейп так выразительно вскинул бровь, что я торопливо продолжил. — Так как я подумал, что магам не стоит видеть у себя неучтённый плед, я заколдовал его, чтоб его не замечали. Но не учел того, что тетка Поттера очень слабый маг.
— Сквиб, — поправил он.
— Да, вроде вы это так называете, — пожал я плечами. — Так вот, этот распиздяй как-то умудрился показать ей этот плед, и она решила его сжечь. И эта мелкая пакость не придумал ничего умнее, как вернуть плед отправителю. Так он у очутился у меня в гостиной и познакомился с домовичкой Шинко. — вампир снова чуть хлопнул себя по лицу. Мне кажется, или раньше он не был замечен за этим жестом паразитом.
— Что прикажешь было с ним делать⁈ Напоил чаем с булочками, усыпил, снял заклинание с пледа и вернул тётке.
— Если бы у меня могла болеть голова, я бы уже скончался от мигрени. — мрачным тоном заявил маг, помассировав переносицу еще разок и вспомнив о брошенных ингредиентах, занялся измельчением трав.
— Да ладно тебе, Северус. — я пожал плечами и продолжил перетирать в ступке каких-то кислотно цветастых жуков. — Одним чудиком больше в твоей жизни.
— Но тебе уже лет, столько, сколько не живут! — раздраженно воскликнул он.
— Мне было семнадцать во время моей кончины. А мозг человека полностью заканчивает формирование к двадцати пяти. — чуть вздохнул я. — Так что увы и ах, я, несмотря на опыт, продолжаю совершать дурацкие поступки и вести себя слабо объяснимо с разумной точки зрения. Жизненный опыт помогает, конечно, но импульсивность никуда не девается, увы. Биология бессердечна. С одной стороны, не костенею в суждениях, с другой, если вожжа ударяет под хвост, могу натворить дел. Тебе в этом плане повезло больше. — я не стал углубляться в подробности вампирской биологии, потому что они были странные. С одной стороны, мозг и правда замирал на той возрастной стадии, в которой пребывал на момент кончины, поэтому дети вампиры были ужасны настолько, что вампира, создавшего такое чудище, казнили вместе с потомком. С другой же, воспоминания и жизненный опыт прекрасно накапливались вместе с различными психозами и прочими отклонениями. Нагружу этим Снейпа, когда придет время, сейчас же хватит и такого куцего объяснения. К тому же судя по нахмуренным бровям, маг был не согласен с моим тезисом.