— Гермиона написала нам записку. — Миссис Грейнджер достала из кармана темных штанов тетрадный лист, где криво было написано: «Я Гермиона, я не знаю, как превратиться обратно. Напишите письмо Гарри, он знает, как связаться с теми, кто умеет». — А потом она дала мне адрес. Мы, конечно были удивлены произошедшим, но она была убедительной и мы отправили письмо, но не думали, что оно дойдет так скоро.
— Мисс Грейнджер — удивительно разумный ребенок. — Задумчиво пробормотал вампир. — Логично, у неё же удобные лапки, которыми можно писать. Удивительно. — Он потряс головой, будто отгоняя непрошеные мысли. — Ваше письмо ещё, увы, не дошло. Но еще пара друзей мистера Поттера написали ему о том же затруднении, в котором оказалась ваша семья. Но в их семьях были люди, способные вернуть им прежний облик. И Гарри, сообразил, что вы явно не относитесь к ним, связался со мной.
— Вы сможете вернуть нам нашу девочку? — с надеждой спросил молчащий до этого отец семейства.
— Попробуем! — Тепло улыбнулся чародей.
Глава 11
Александр Максимус Вэйд/ Оптий
— Гарри, опусти Гермиону, пожалуйста. — тихонько вздохнув попросил я, подходя к светло-серому дивану. Гарри взглянул на меня с легкой надеждой и некоторой неохотой. Примерно так же смотрели на меня родители девочки, только в их взглядах надежды было куда больше. Я, конечно же, не планировал посещение дома Грейнджеров, по крайней мере так скоро, но не мог не заметить, что обстановка в нем была очень приятной. Паркет из светлого дерева, тканевые обои, украшенные деревянными вставками. Вполне современный кнопочный телефон на изящном журнальном столике. Да и вся увиденная мною мебель тоже вполне себе могла называться дорогой и изящной. Не какие-то уродливые коробки, как у Дурслей, а нечто с претензией. Очевидно, семья Гермионы находится на более высокой социальной ступеньке, нежели Дурсли, что вобщем-то неудивительно, стоматологи живущие в пригороде Лондона и имеющие свою клинику неподалеку, явно будут не бедными людьми. Тем временем Гарри все же разжал руки, и маленькая выдра спрыгнула на ковер. Я присел рядом с заколдованной девочкой и достал очки волшебного зрения. Своими-то глазами я ничего не разберу, вампиры увы и ах магию почуять могут, но увидеть к моему прискорбному сожалению, не получится. Гермиона любопытно вытянулась, поставив лапки на мое колено с интересом разглядывала мое лицо.
— Это волшебные очки? — полюбопытствовал мальчишка.
— Хочешь взглянуть? — я уже примерно понял, что произошло, потому без вопросов дал артефакт кивающему пацаненку. Выдра при этом выглядела так будто она тоже очень хочет посмотреть в волшебные очки, но при этом ее берут сомнения сможет ли она что-то увидеть, будучи выдрой.
— А можем ли мы взглянуть? — робко спросила миссис Грейнджер. Гарри взглянул на меня и, увидев кивок, передал очки матери подруги.
— Видите эти синие линии, похожие на решетку? — спросил я с видом знатока. — Это магия самой девочки, и значит, поддерживает превращение она сама, правда, контролировать это она еще не умеет, и поэтому у нее не выходит снова стать собой. Никаких других цветов магии на ней нет, следовательно, это не проклятье, и никто ее не заколдовывал.
— Магия? Заколдовывал? Даже звучит нелепо! Почему это вообще произошло? Откуда моя дочь знает тебя, мальчик? — возмущенно и недоумевающе спросил мужчина, возвращая мне очки. — Она не часто заводит друзей и уж тем более, извини, конечно, мальчишек.
— Я Гарри, Гарри Поттер. — представилась моя головная боль. — Мы познакомились… — тут он замялся, и я понял, что придется разруливать это как-нибудь. Можно, конечно, стереть родителям память, делов-то для Анны на пять минут, но мелкая лохматая девица имеет шансы сменить шкурку еще раз и точно не обрадуется повторной ситуации наподобие нынешней. Я тяжело вздохнул, следовало как-то подобрать слова помягче, чтобы не волшебникам было понятно и звучало правдоподобно, благо про магию я уже наболтал, да и они сами столкнулись с необъяснимым, так что будет проще.
— Мистер и миссис Грейнджер, — начал я, немного поразмыслив. — Доводилось ли вам слышать о случаях паранормальных явлений?
— Мы немного интересовались такими случаями, — пожала плечами мама Гермионы. — Как, наверное, и все лет пять-десять назад. Энфилдский полтергейст и прочие истории, но причем тут наша Мони?