— Нужно будет обязательно последить за развитием магловского общества, — пробормотал себе под нос волшебник, поднимаясь в свой кабинет.
Также остались загадкой планы вампира на доверенное Дамблдору учебное заведение. Было вполне очевидно, что тот хотел попасть в Хогвартс. Просто не в данный момент. И старому волшебнику оставалось только гадать, почему не сейчас? Ещё в копилочку интересных фактов о древнем мертвеце Дамблдор отнес тот факт, что тот восхищён магловским прогрессом и совершенно не уверен, что испытывает те же чувства к магам. По крайней мере, он был убежден, что ничего полезнее самопомешивающегося котла волшебники за последние полвека не придумали. Зато маглы уже скатались на луну, и хотя дело застопорилось, зато луноход там точно катается и проводит исследования. Да и в целом развитие маглов куда как более бодрое, чем у магов. Тем не менее, Александр оправдывал волшебников их разобщенностью и малым количеством. Достаточных аргументов, чтобы убедить вампира в обратном, у Альбуса не нашлось, и он пообещал себе подготовиться к следующему визиту получше. А в том, что визит обязательно будет, его убеждал выданный на руки читательский билет на имя Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора и заявление, что библиотека вампира открыта для посещения в любой час и день недели. И директор школы волшебства не собирался упускать шанс покопаться в древних книгах, так что тонкая табличка из черного металла была осторожно спрятана во внутренний ящик стола. Без ответа оставался еще один маленький, но довольно важный вопрос, появившийся у мага после встречи: как весьма светлая палочка из рябины и шерсти единорога выбрала такое темное создание, как вампир?
Александр Максимус Оптий/Вэйд
Фух! Ну и потрепал мне нервы этот визит! Надо посидеть и вспомнить, чего я там с перепугу наплел бедняге Дамблдору. К разговору я был не готов, поэтому, как только все разрешилось с правами на Снейпа, меня моментально понесло. Хорошо хоть не про космические корабли, бороздящие Большой Театр! Но в космологию и астрофизику я пару раз ударился. Кажется, я умудрился рассказать одну еще не существующую теорию о том, что дома на Марсе можно строить из крови… Да уж, язык мой — враг мой! Лучше бы просто загадочно помолчал, я ведь умею это делать, и главное, практикую многие столетия! Но, увы, я так разволновался в присутствии легендарного волшебника, что нес какую-то околесицу, как девочка-подросток, встретившая кумира.
Я без сил опустился на стул в кухне и, пожульничав с магией, быстро сварил себе пол-литра кофе. Слабое ноябрьское солнце вяло пробивалось сквозь тюлевые занавески, отбрасывая причудливые узоры на нежно-зеленый кухонный гарнитур, купленный когда-то в Марселе. Массируя виски, я клял себя за болтливость и прикидывал, чем мне аукнется эта разговорчивость со старым политиканом. Могло, конечно, и ничем, но я не настолько хорошего мнения о людях и уж тем более о волшебниках.
Посидев и отчаянно потупив, я решил, что откатить время, чтобы переиграть разговор, я все равно не смогу, так что нечего забивать себе голову. Подумаю о своих неожиданных проблемах в фоновом режиме, а пока лучше пойти и попробовать волшебную палочку. Благо я вроде бы понял, как применять несколько заклинаний. Да и на полигоне есть чары, которые не позволят коряво выполненным заклинаниям ударить по заклинателю. По крайней мере, с магией моего мира оно работало исправно. А если не сработает, придется вспомнить про волшебный автобус и пробовать добраться до Мунго.
Тяжелая палочка из светлого дерева удобно лежала в руке, загадочно посверкивая под светодиодными лампами крохотными цветными полусферами, украшающими рукоять. Я впился взглядом в голубиное перо, лежащее передо мной на столе. Перо ответило полным игнорированием. Несмотря на все мои попытки, Левиосса не работала. Палочка уверенно принимала магию, слова тоже, вроде бы, были правильными, но перо не сдавало своих позиций и отказывалось хотя бы чуточку пошевелиться. При этом классический телекинез и заклинания из моего родного мира вполне себе работали! Что я делаю не так?