Алена скромно потупилась, но Ира знала, что скромность показная. Алена знала, где хороша, и ни капли не удивилась.
- А вот Волков и Смирнова огорчили. Волков, ты где сочинение свое достал? На форуме второклассников?
Волков Паша игрался с краем тетради и не нашелся, что ответить.
- Смирнова. Ты остаешься после пары и мы с тобой беседуем.
Фантазии были совсем не такими. Ире стало грустно. Воображала, как остается с Рожковым одна, она часто, но в реальности ей не хотелось сидеть и слушать, какая она несобранная и безответственно подходящая к работе. Кофе ее пить точно не позовут.
Собственные ужимки перед зеркалом в туалете до пары показались ей вдруг обезьяньими, и в перерыве Ира вытерла с губ помаду, которая теперь выглядела ужасно нелепо на губах.
- Скажи ему, что ты не фанатка русской литературы — и все, - посоветовала Алена.
- Оправдание так себе, - шепнула Ира в ответ.
- Скажи, что достаточно терпела угнетения в школе, а в институте сама решишь, какие предметы тебе ставить выше прочих.
- Это унизительно. Все преподаватели считают свой предмет важным. Я не могу его обидеть.
- Ну тогда скажи, что втрескалась в него и мечтаешь погрузиться в пучину бурной половой связи с вытекающими последствиями, - отрезала Алена.
- Какой связи? - спросил Рожков.
- Дура, ты чего орешь! - прошипела Ира.
- Да не слышал он ничего, - прошипела в ответ Алена и громко сказала: - Связь, говорю, в кабинете плохая. Матушке ответить не могу.
- Если нужно, Котова, можешь выйти в коридор и поговорить с мамой, - посочувствовал Рожков.
- Нет-нет, Сергей Петрович, это терпит.
- Хорошо, тогда продолжим занятие.
Ира ждала звонка как приговоренная к казни. Почему-то, когда чего-то искренне не хочешь, то в голове появляется наивное ожидание, что, может быть, этого и не произойдет. Но часы тикали и, когда дотикали до определенного момента, раздался звонок, а вместе с ним стали покидать свои места студенты.
Ира покорно села ближе к преподавательскому столу и попыталась изобразить на лице вежливое ожидание, хотя во рту пересохло.
Рожков сел напротив и посмотрел ей в глаза. Глаза у него были красивые, добрые. Ира зачарованно уставилась в них, а после вспомнила, где находилась, и заморгала.
- Ирина, в чем наша проблема? - спросил Рожков.
- Нет никаких проблем, Сергей Петрович.
- Проблема есть. Ты на моих занятиях ворон ловишь, а отвечаешь так, словно у тебя страх публичных выступлений. Но я же видел тебя на презентации по вопросам современной образовательной системы.
- Правда? - обрадовалась Ира, не помня, чтобы видела там Рожкова.
Хотя людей тогда было много...
- Да. Я не согласен с твоим радикальным решением сегрегации классов, но не в этом и дело. Ты умеешь говорить и выступать. Думать, в конце концов. Так в чем наша с тобой проблема? Тебе не нравится, как я веду? У тебя проблемы с русской классикой?
- Мне очень нравится... - Ира замялась, комкая ткань юбки. - Я просто отвлекаюсь.
- Ты отвлекаешься? - уточнил Рожков. - Именно на моих занятиях?
- Да, мне очень жаль, Сергей Петрович, но есть обстоятельства сильнее меня.
Рожков откинулся на спинку стула.
Ира зависла на кожаном шнурке, который висел у того на шее, и снова с усилием моргнула.
Потом до нее дошло, что Рожков рассматривал ее.
- Допустим, Ирин, я тоже отвлекаюсь на наших занятиях.
- Не замечала такого, - Ира проследила за его взглядом и поняла, что он неторопливо проходился глазами по ее кудрям и белой резинке для волос на макушке.
Мгновенно температура в аудитории поднялась на несколько градусов, будто отопление сошло с ума.
- Отвлекаюсь. Меня отвлекают. Но я же работаю. Потому что я взрослый профессионально настроенный человек. А ты, Ира, ты взрослый человек?
Ира с усилием сглотнула.
- Полагаю, что да.
- Вот и мне так показалось. Так что будем делать? Притворяться детьми? Или вести себя соответственно возрасту?
Рожков улыбнулся. Приятной улыбкой, от которой у Иры мурашки прошлись нестройным цыганским табором от макушки и до пяток. Ей вдруг нестерпимо захотелось коснуться Рожкова хотя бы кончиком пальцев, и она сильней стиснула руки на юбке.
Когда они выходили из аудитории, Рожков придержал ей дверь. Легкий аромат парфюма мазнул по носу Иры, а тепло чужого тела на секунду обожгло спину.
А еще ей почудилось — ведь не могло же это быть правдой! — что ее волосы чуть поправили быстрым, невесомым движением.
- 2 -
Так просто и незатейливо Ира поняла, чего ей не доставало для подготовки по предмету Рожкова – его улыбки и робкого, полного загадок взгляда. Неужели все происходило на самом деле, и он ей симпатизировал?