— Ты читаешь романы, да? Кто бы мог подумать?
Фишер бросает на меня косой взгляд и слегка щурится. Я чувствую трепет в животе.
— Теперь да.
Я стараюсь быть жестче. Не хочу, чтобы он думал, что его красота и обаяние влияют на меня.
— Честно говоря, все, что ты сделал, подтвердило, что ты действительно сталкер. Может, мне все-таки стоит получить судебный запрет?
— Нет. Я в основном безобиден.
— В основном... Это даже не смешно.
Фишер встает и становится напротив.
— Думаю, если ты поищешь в своей памяти, Мэйси Грир, то вспомнишь, что совсем не боялась меня на пляже.
После того, как наши взгляды ненадолго встречаются, я немедленно поворачиваю голову и сосредотачиваюсь на офицерах у входа в ресторан. Я не боялась его на пляже и не боюсь сейчас. Чего я действительно боюсь, так это его близости и моей силы воли.
Фишер протягивает руку и убирает прядь моих волос от моего рта.
— У тебя волосы стали длиннее. Это сексуально. Мне нравится. Хотел бы посмотреть, как они выглядят на моей груди утром.
Я сглатываю.
— Что ты сказал? — кричу я Маркусу. — Конечно, сейчас приду.
Я убегаю от Фишера с мокрыми трусиками и притворяюсь, что Маркус позвал меня. Маркус оглядывается, когда я произношу его имя, и идет ко мне.
— В чем дело? Вы передумали? — спрашивает он, хрустя костяшками пальцев и глядя на Фишера через мое плечо.
Я качаю головой.
— Нет-нет. Просто сделай мне одолжение. Ты можешь проверить его? Скажи, стоит ли мне волноваться?
— Конечно.
Когда он достает блокнот, чтобы записать его имя, я снова смотрю на Фишера. Он стоит ко мне спиной, засунув руки в карманы.
Не могу поверить, что он действительно здесь. Что мне теперь делать?
Глава 10
— А потом ты ушла? Ты с ума сошла?
Я наклоняюсь и кладу голову на скрещенные на столе руки, чтобы спрятать лицо.
— А что я должна была делать? Сказать «Конечно, давай пойдем к тебе, и я рассыплю волосы по твоему мускулистому прессу»?
— Угу... Да!
Я поднимаю руку и даю Луне щелбан.
Она громко вздыхает.
— Ну, хорошая новость в том, что на видео, которое люди разместили на «Ютуб», видно только затылок. Мы можем отрицать, что это была ты.
— Я дала автограф.
— Не беспокойся об этом. Думаю, у нас все хорошо.
— Но лицо Фишера повсюду!
— Хорошо, что напомнила, какая фамилия у Фишера?
— Его фамилия Фишер.
— Его зовут Фишер Фишер? Странно.
Я поднимаю голову и стискиваю зубы.
— Ты издеваешься? Нет. Его фамилия Фишер. А имя Патрик. Нет смысла скрывать это сейчас.
— Подвинься, — говорит Луна, толкая подлокотник моего кресла и откатывая меня от стола.
Ее пальцы порхают по клавишам, и через секунду на экране появляется фотография Фишера. На нем полотенце, и его кожа мокрая, как будто он только что вышел из душа. А еще у него такое харизматичное лицо, от которого я потеряла дыхание тогда на пляже.
— Срань господня! Это он? — спрашивает подруга.
Я подкатываюсь ближе к столу, отталкивая Луну в сторону, чтобы лучше видеть.
— Патрик Фишер — модель, ставший актером, тридцать лет, из Кливленда, штат Огайо.
Я нажимаю на вкладку «Фотографии», и картинка за картинкой появляется на экране. Это то, что я пропустила? Я должна была проверить его раньше. Черт возьми. Если бы я увидела эти фотографии месяц назад, то уже написала бы трилогию.
— Он не похож на Криса Хемсворта, — добавляет Луна. — Это Генри Кавилл.
Я щелкаю пальцами. Я знала, что он мне кого-то напоминает.
— Он супер секси. Ты не шутила. — Луна отталкивает мою руку и возвращается к экрану, чтобы просмотреть больше информации о нем.
— Девочка, похоже, он никогда не был женат. У него были девушки, но ничего серьезного
— Ладно, хватит. Не хочу больше ничего о нем видеть и слышать. Меня не волнует. — Я встаю и отхожу от стола.
— О, вот его голая фотография!
— Что? — Я бросаюсь обратно к экрану, поворачивая его к себе, и Луна смеется. Там он в костюме, но не в том, котором ожидала.
— Ага. Тебе все равно. Ты хотела посмотреть, как укомплектован будущий отец твоих детей.
— Остановись. И я уже видела его комплектацию, помнишь?
— Так ты описала его член? Он мужественный? Пытливые умы хотят знать.
— Прекрати! — смеюсь я, закрывая лицо руками.
Нас прерывает звонок телефона.
— Да? — спрашивает Луна.
— Марк Монтгомери.
— Впусти его.
Маркус входит в дверь с папкой в руке, и тут же открывает ее на столе передо мной.
— Патрик Фентон Фишер, тридцать лет, родился и вырос в Кливленде, штат Огайо. Окончил Колумбийскую школу искусств в Нью-Йорке. Работал в «Старбакс» баристой, когда его заметили. Стал моделью для «Форд», снимался в печатной рекламе и выходил на подиум по всему миру в течение многих лет. Снялся в двух фильмах в небольших ролях, многочисленных рекламных роликах, в настоящее время работает во Фресно (Примеч.: Фресно — город в США, Калифорния), снимается в двенадцати эпизодах нового сериала, который должен выйти в эфир на канале «Фокс» в следующем сезоне. Он много путешествует. Что касается криминального прошлого, то в двадцать один год был приговорен к общественным работам за пьянство. В остальном он чист, как стеклышко. Слишком чист, если вы спросите мое мнение.