Фишер убирает прядь волос с моего рта и заправляет за ухо.
— Думаю, могло быть и хуже.
— Если тебе действительно не нравится быть Пенном, я скажу Фабиану, чтобы он забыл обо всем.
Фишер смотрит в потолок.
— Это так много для тебя значит?
Я киваю.
— Тогда как я могу сказать «нет»?
Я прыгаю в его объятия, и он смеется. В глубине души я знаю, что все будет хорошо.
Падая без сил на кровать в гостиничном номере, я мечтаю о том, чтобы подремать. Того, кто изобрел пятичасовые полеты, нужно расстрелять. По крайней мере, мне не нужно оставаться на кастинге еще на следующие три часа.
Мой телефон оповещает о сообщении.
Неизвестный: Привет, девочка, это Хлоя. Надеюсь, ты не против, что я тебе пишу. Я болтала с Фишем, и он сказал, что ты в моей глуши. Во сколько ты освободишься?
Я вношу ее имя в контакты и отвечаю:
Я: Только что добралась до своего гостиничного номера. Мы должны были обменяться номерами раньше.
Хлоя: Где ты остановилась?
Я: Отель «Мариотт».
Хлоя: Ни хрена себе! Я буквально на этой улице. Как насчет того, что я подойду, и мы выпьем кофе?
Я: Конечно. Встретимся в вестибюле.
Вот и плакал мой сон. Может, кофе поможет мне взбодриться. Я расчесываю волосы, надеваю туфли и спускаюсь на лифте в вестибюль. Хлоя уже там.
— Привет, девочка!
Мы обнимаемся, и она указывает на кофейню в отеле.
— Отлично, — говорю я.
Я беру тыквенный латте, а она черный кофе с сахаром.
— Ну и как ты? Тебе понравился благотворительный прием? Как поживаешь? — спрашиваю я.
— Прием понравился. Я в порядке. Только устроилась на новую работу в качестве секретаря, и это клево. Не все из нашего бизнеса получают регулярные заказы, как Фишер.
— Он сказал тебе, что я хочу, чтобы он попробовался на роль Пенна?
Хлоя машет рукой, потягивая кофе.
— Я говорила ему об этом с того самого дня, как узнала, что по книге будет сниматься фильм.
Я улыбаюсь и дую на напиток. Слишком горячо.
— Могу я просто сказать тебе, что я твоя фанатка? Я прочитала все твои книги.
— Ты упоминала об этом, —хихикаю я. — На самом деле, я просто обычный человек, которому повезло.
— Фишер — вот, кому повезло. Когда он сказал, что буквально столкнулся с тобой, когда был во Флориде, я чуть не умерла.
Я смеюсь.
— Да, наверное, еще смешнее было, когда он узнал, кто я.
— Он понял это сразу, как только увидел тебя. Я все время говорила о тебе. Однажды я попыталась заставить его прочитать твою книгу «Плач». Помню, он посмотрел на твою фотографию и сказал, что ты симпатичная. Забавно, как все складывается, не правда ли?
Она качает головой, и мне кажется, что я ослышалась. Мысленно прокручиваю ее слова.
— Когда Фишер сказал, что встретил меня? — Я прошу разъяснений.
— Он позвонил мне на следующий день. «Вчера на пляже я столкнулся с твоим любимым автором», — сказал он. По-моему, он последовал за тобой, когда увидел, что в живую ты намного красивее, чем на обложках книг.
Хлоя подмигивает мне и смеется, а мое сердце замирает.
— Значит, он понял, что я писатель, как только увидел меня, да?
— О, конечно. Бедняга слышал, как я говорила о тебе каждый раз, когда выходила новая книга.
Я смотрю на свою чашку с кофе и кручу ее в руках, чтобы согреться. Моя кровь внезапно стала ледяной.
— Когда я услышала, что будет сниматься фильм, сказала Фишеру, что он должен найти тебя и попробоваться на роль. Тут он, наконец, взял книгу и прочел ее. Хотя я уговаривала его раз десять. Никогда не видела, чтобы Фишер так внимательно читал книгу. Когда он понял, что Пенн — это он, о, Боже, Фишер вел себя так, что можно было подумать, будто он выиграл в лотерею!
Я судорожно сглатываю и вскакиваю со стула.
— Ты в порядке? — спрашивает Хлоя. — Что случилось?
— Я... э-э... только что вспомнила, что должна была связаться с режиссером и начать рецензировать материал. Мне жаль так быстро прерывать нашу встречу. Я должна идти.
Я практически бегу от Хлои, не попрощавшись. Несколько раз нажимаю кнопку лифта и молюсь, чтобы он открылся, прежде чем я расплачусь в вестибюле. Фишер знал, кто я? Он лгал мне. Боже мой. Он невероятный актер. Он полностью одурачил меня. Со мной играли с первого дня.