На четвёртый день после переезда, вернувшись с работы, Марина обнаружила дома следы «маленькой трагедии», в которой участвовали её мать и сын. Заливавшегося слезами Петю утешала бабушка, но мальчик не унимался. Вальтер был занят на кухне.
- Что случилось? - с порога спросила Марина.
- У меня не получается, - проныл Петя.
- Учительница задала нарисовать домашнее животное, а наш кот не хочет позировать, - пояснила мать.
Кот спрятался у батареи, всем видом давая понять, что ни в каких творческих актах он принимать участие не хочет. На столе были разбросаны листы бумаги и карандаши.
- Опять скажет, что у Любы всё красиво, а я неаккуратный. А Любе мама рисует, - всхлипывая, наябедничал неудачливый художник.
- Хорошо, я помогу, - уверенно сказала Марина, хотя сильно сомневалась в своих способностях.
Первым делом она решила расположить модель - Ваську - на столе. Однако кот, чуя неладное, вырвался и побежал на кухню, где спрятался за мусорным ведром. Вальтер вопросительно посмотрел на растрёпанную Марину, охотящуюся за котом с карандашом.
Женщина показала сначала на Ваську, потом на лист и наконец на висевший на стене натюрморт. В глазах Вальтера блеснул задорный огонёк. Ловко схватив животное в одну руку, второй он забрал у Марины принадлежности для рисования.
Кот был водружён на стол. Молодая женщина придерживала натурщика. Несколько плавных линий - и на листе Вальтера стали видны узнаваемые очертания бело-рыжего упрямого красавца. Пётр с удивлением следил за немцем.
Через несколько минут вся семья рассматривала аккуратный эскиз.
Вальтер протянул бумагу и карандаш Петру и одобрительно кивнул. Мальчик старательно повторил рисунок. И хотя его картина была не такой совершенной, как у немца, она стала для него настоящей победой.
- Мама, смотри! У меня получилось! - похвастался ребёнок.
- Действительно, Васька как живой, - Марина оценила рисунок с видом знатока живописи.
Женщина тепло посмотрела на Вальтера:
- Спасибо, - она улыбнулась, наверное, впервые за время их общения.
Вальтер потянулся за словарём. В нём он нашёл слова «улыбка» и «красиво».
- Спасибо, - смущённо повторила Марина.
Ночью ей впервые пришла мысль о том, какими могли бы быть отношения с Вальтером, не будь он заклятым врагом, фашистом.
«Он добрый, животных любит, умный и рисует хорошо, - размышляла она. - С ним можно просто сидеть в тишине, пить чай».
Марине стало страшно от внезапно зародившейся мечты.
«Дура, дура, дура, - корила она себя. - Он немец - значит, фашист. Я должна его ненавидеть».
Но ненависти не было. Вспоминались его руки, листающие книгу в поисках нужных слов, мальчишеская радость, с которой он отдал готовый рисунок.
«Когда на всей планете восторжествует коммунизм, люди разных народов будут общаться беспрепятственно. Возможно, Петру доведётся жить в это время», - картинка отдалённого светлого будущего подействовала как успокоительное, и она наконец заснула.
Не мог сомкнуть глаз той ночью ещё один человек. Ворочаясь на жёсткой койке холодного барака, Вальтер думал о Марине: «Красивая женщина, уважаемый врач... Зачем она даёт мне работу?». На память пришёл день их знакомства: какой высокомерной и враждебной показалась она ему. Сейчас всё по-другому: он не встречал прежде человека более внимательного, нежного и... грустного. «Вне всяких сомнений, единственное, что может Марина испытывать ко мне, - это жалость», - эта мысль наполнила Вальтера отвращением к самому себе. - Я пленный и не могу ничего ей дать. Общение со мной сулит только проблемы».
Ему представилось, что войны не было и их встреча произошла по-другому. Например, Марина могла бы приехать во Франкфурт на конференцию, а он - случайно остановиться в том же отеле. Они бы пошли гулять по городу, заглянули в местное кафе, где пекут самые вкусные пончики. Вальтеру захотелось показать Марине свой дом и яблоневый сад, о котором они говорили. «Фантастический сюжет, не имеющий ничего общего с реальностью, - внутренний цензор в одно мгновенье разрушил иллюзию. - Дома ждёт Лора. Хотя, возможно, уже не ждёт». Он перестал получать её письма спустя три месяца после отправки на фронт в самом конце 1943-го, и поначалу молчание любимой было более тягостным, чем постоянное отступление, окружение и плен. Лора была его наваждением. В стремлении отбить её у лучшего друга Вальтер бросил учёбу на архитектора: ему хотелось скорее заработать денег, чтобы делать дочери галантерейщика роскошные подарки. Он посвятил свою жизнь исполнению капризов и приказаний девушки. Наконец его жертвы были вознаграждены и они наметили дату свадьбы. Удивительно, когда Лора дала согласие и многолетняя гонка закончилась, Вальтер увидел рядом с собой совершенно незнакомого человека, с которым не о чем было даже говорить. «Просто усталость», - подумал тогда мужчина, не придав особого значения своим чувствам. Тревожась из-за отсутствия вестей, он лелеял выдуманный образ Лоры, который, несмотря на его усилия, с каждым годом становился всё дальше и расплывчатей. Марина же была рядом, из плоти и крови. Вальтер оживал, думая о ней, и забывал обо всех тяготах; он даже мог полюбить её, если бы его не отравляло осознание собственной ничтожности.