- Я… Я не смогу… Не удержу…
- Разве?
Адэйр сжал зубы и попытался пустить не заклинание, а такой же поток силы, как делал кейран. Глаза его ярче вспыхнули золотом, вот только кровь полилась из носа.
Ну что ж. Он был прав. Крис выбрала сильного самца. Главное теперь ее чем-нибудь занять. Чтобы она больше не вставала под опасные заклинания или оружие.
Интересно, а какие у нее будут котята?
Эпилог
«… нашли еще два помещения с клетками. Передай Арлестру, чтобы сегодня же явился ко мне! Я помню, что он хочет переправить часть нечисти в Юшисиму, но стоит ли? И сколько можно отмалчиваться!? Что с твоими каналами? Ты дождешься, что я все-таки явлюсь к тебе, не взирая на занятость! Засела в той варховой горе, а кто укрепит дворец, чтобы больше никаких перекрученных порталов!? И, Крис, да поговори ты уже с ним! ...»
Я отложила письмо Гараца, поправила старенький зеленый плед на коленях и с улыбкой посмотрела вниз с балкончика, созданного Арлестром прямо в доме-в-горе.
На зеленой поляне сын Фила, которому не стукнуло еще и трех, пытался угнаться за проворно прыгающей Тией, белоснежной, красивой и окрепшей малышкой-кейраном. Она, к слову, пыталась далеко от Кея не отходить, но признаться и он, даже во сне дергался, в попытках проверить на месте ли его драгоценность. Он, кстати, больше в человека не оборачивался. Не понравилось ему, понимаете ли. И то не так, и это ни эдак! Поэтому сейчас лежал, неподалеку от играющейся мелочи, всей своей огромной пушистой тушей и грелся на солнышке, лишь одним глазом изредка посматривая, не навернулись ли дети.
- Фил, следи, чтобы их не раздавили каиричи! – В очередной раз оторвалась от спора с магистром жена моего названного брата, и неосознанно опустив руку на округлившийся животик, продолжила что-то доказывать Арлестру. А он и рад. Конечно, Фил ему целого профессора столичной Академии привел в лице своей жены. Сейчас то он поучит ее уму-разуму и высмеет нынешнюю систему образования!
А вот количество каиричи на поляне и впрямь увеличилось. Здесь присутствовали спасенные родственники той малышки, которую спасли люди Гараца. О, Трехликий, кажется, что это было так давно…
- Да, там нечисти столько, что непонятно куда ее девать, а ты к нему из-за плотоядного цветка! – Послышался голос Хайгара, и я удивленно приподняла бровь.
- Магистр Арлестр, он съел мышь! – Лили, не обращая внимания на мужа, которым буквально на днях стал Хайгар, заботливо поставила на стол громадных размеров цветок, который был похож… нет! Ни на венерину мухоловку! А на самую обыкновенную лилию, только недюжинных размеров!
- И сколько понадобилось времени на переваривание? – Вопросила почему-то именно Найрана – жена Фила, а не любопытный архимаг.
Но ответ я не услышала, потому что мне в ногу кто-то ткнулся. Опустила взгляд вниз, приподняла старый плед и улыбнулась… пересмешнику. Хамелеонообразный, розоватый, с вытягивающимся до метра хвостом, маленький симпатичный ящер с двумя милыми закрученными рогами, как у барана умильно заглядывал мне в глаза.
- Привет.
- Иет.
Да, малыш пока не мог копировать звуки, как подобает, но это не мешало ему клянчить еду у всех подряд, так и не захотев отправиться с сородичами в Каратский лес.
- Ладно пойдем на кухню. Дам тебе вяленого мяса.
Пересмешник смачно чавкал, набивая нежное беленькое пузико, а я улыбалась.
Улыбалась почти все время, ведь произошло то, во что я не верила. Я осталась жива. Осталась с теми, кого любила. Могла наблюдать, как они спорят друг с другом, заботятся друг о друге, воспитывают детей и нечисть, как бы это не звучало! Ведь такие картины, как сегодня, я наблюдала уже вторую неделю.
Пока во дворце, да что уж там, во всем мире, шли разбирательства сгрязью,составлялись новые договора на сотрудничества, отлавливались те, кто поддерживал Деринси, освобождалась нечисть, шли переговоры о новых законах, касающихся волшебных существ, я… наслаждалась жизнью.
Какой путь мне пришлось пройти, прежде чем осознать, что значит – жить мгновением. Как наслаждаться этим самым мгновением, как не закапывать себя под грудой дел и обязанностей, как видеть счастье даже в пылинке, летящей в лучах солнца. Ведь жизнь прекрасна в каждом ее проявлении. А смерть мудра и является наивеличайшем учителем.
Но сегодня… сегодня тянуло лишь в одно место. Видимо, чтобы принять те чувства окончательно, насладиться ими напоследок и… отпустить.
Мои магические каналы так и не приняли статичную форму, и признаюсь, мне казалось, что уже и не примут. Все строго-настрого запрещали мне магичить, но… в этом уже не было смысла. Мне нужно было привыкать к именно такой жизни, к новым ощущениям владения силой. А уж если это приведет меня к трагедии – это будет лишь моя ответственность. Но жить, как чувствуешь – это не преступление. Это нормально. И правильно.