— Как скажете, госпожа, — кивает Выпь и торопливо прячет деньги в карман на своём испачканном мукой фартуке.
* * * * *
Ходута вернулся домой как никогда вовремя, за час до появления отца. Юноша не только переоделся (и старательно закрыл длинными рукавами раны на руке — последствие вчерашнего нападения со стороны душителя Вепря), но и попросил мачеху не рассказывать отцу о своём отсутствии ночью.
Как бы не поддерживала своего пасынка Богуслава, разница в возрасте с которым у неё была едва ли десятилетней, поздно тот спохватился: посадник уже прознал о том, что его первенец ночевал не в родных стенах. Впрочем, пока, за ужином, он никак не проявлял своего недовольства. Осталось лишь предположить, долго ли Гостомысл будет сдерживать свои громы и молнии.
— Немного холодного вина, моя возлюбленная?
— Не откажусь, господин, — улыбается Богуслава.
Посадник наливает в кубок своей супруги немного белого вина, разводит его таким же количеством ключевой воды и передаёт ей, затем поднимая и собственную чашу.
— За наш любимый город и его жителей… — произносит тост Гостомысл.
— И за грядущее торжество! — добавляет жена градоначальника и делает глоток прохладного напитка.
— Вы о княжеской свадьбе? — с завистью косится на кувшин с вином Ходута и отхлёбывает наваристой рыбной похлёбки из своей плошки.
— Да, сын мой, — с гордостью улыбается старый Гостомысл, глаза его сияют от ожидания завтрашнего дня. — Весь город будет праздновать сразу два праздника, день летнего солнцестояния и свадьбу великого князя Игоря. Богуславушка устроила такой стол с угощениями и развлечениями, вы не представляете! Это торжество станет незабываемым и запомнится всем новгородцам, начиная самыми юными жителями и заканчивая седыми стариками вроде меня.
— Не могу дождаться, когда я с вашим отцом буду прыгать через костёр: как бы он не называл себя, я-то знаю, что дух и тело его по-прежнему молоды! — прижимается к плечу посадника его супруга и мечтательно вздыхает. — А как там будет красиво, целый холм превратится в подобие шатра для пиров под открытым небом!
— Уж кто, а ты точно будешь самой красивой на торжестве, — делает комплимент супруге градоначальник. — Для меня — точно.
Богуслава тут же краснеет и отпивает глоток разведённого водой вина.
Вошедший в зал слуга ставит на стол поднос с медовыми лепёшками, и маленький сынишка посадника, Гостомысл-младший, тут же нетерпеливо протягивает свои ручки к лакомству. Отец, однако, строго смотрит на отрока и вздыхает:
— Любимая… Возьми несколько лепёшек с собой и прогуляйся с сынишкой в саду, сейчас уже не так жарко. Ему будет полезно проветриться и подышать свежим воздухом.
— Хорошо, душа моя, — берёт в одну руку ладошку шестилетнего сына, а во вторую — тарелку с облитыми мёдом лепёшками Богуслава и, поклонившись супругу, покидает обеденный зал.
— Мне бы тоже отдохнуть и вздремнуть, — Ходута отвечает второпях, с набитым ртом, не прожёвывая хлеб. — Приятного аппе…
— Сынок, нам надо поговорит, попрошу тебя остаться, — перебивает сына и рушит все его надежды на успешный побег градоначальник. — Сядь и внимательно выслушай меня. Твоё отсутствие дома… беспокоит меня, и такое случается уже не впервые. Мы уже неоднократно обсуждали это!
— Отец… — вздыхает Ходута и хмурится. — Ума не приложу, почему ты всё время за меня переживаешь. Я уже взрослый и могу не сидеть в четырёх стенах после захода солнца.
— Вчера мы попросили тебя присмотреть за младшим братом, ты же оставил его на попечение дряхлой няньки, что и сама спит как младенец! Не предупредил нас и ушёл на всю ночь, явившись обратно только под вечер. И ладно бы ты проводил время с кем-то, кто соответствовал твоему положению, а не напивался и отлёживался в сомнительных заведениях!
— Если бы ты не был вечно занят своими делами и погружён в тяготы кого угодно, но только не собственной семьи, то знал бы, что я там делал и почему не вернулся домой. Или твои соглядатаи об этом не донесли тебе? Я волен распоряжаться своей жизнью так, как захочу!
— Лишь в очерченных наследием нашей семьи границах, — сверкает на него глазами отец и с громким звуком ставит на столешницу кубок. — Имя нашего рода навеки вписано в историю Новгорода, а представление княжеской власти в городе было дано самим Рюриком ещё твоему деду, самому первому из Гостомыслов. Ты не можешь так просто уйти от своих обязанностей. Твой дед был посадником, твой отец тоже. Окажешься на моём месте и ты, когда меня не станет. Тебе, сын, следовало бы уважать своё наследие и гордиться им!