Вскоре в поле зрения девицы попало ведро с водой, стоящее рядом с корытом. Наполнив ёмкость, она схватила её и со шкодливым хохотом вылила содержимое на пару скакунов, обдав их с ног до головы прохладными каплями. Лошади, начав трясти мокрыми гривами, щедро забрызгали в ответ и Ольгу, засмеявшуюся пуще прежнего.
— С возращением, — обратился вдруг к ней, увлечённой игрой, Щука, который вытер со лба попавшие и на него капли и пристально посмотрел на запыхавшуюся собеседницу.
— Щука… — только и произнесла она в ответ, в то время как глаза её стали влажными не от брызг, а от слёз радости. — Не смогла я сбежать, пришлось вернуться ради семьи и их будущего. Хорошо… хорошо, что с тобой всё в порядке, правда ведь?
— В порядке, — кивнул немногословный, немного обиженный на неё рыжий конюх и насупил брови, но потом понял, что не может долго дуться на будущую княгиню. — Что ж, может, это и правильный выбор. А жеребца зовут Вихрь. Раньше он принадлежал Ари, но теперь, после гибели Хроссбьорна, на нём ездит верхом наш достопочтенный князь, пока не подберём ему нового скакуна в Новгороде.
— Вихрь, значит? Красивое имя, будто в пору самой красавице Молнии, — гладя коня по шее и шелковистой гриве, начала любоваться им Ольга. — Я принесла немного яблок, надеюсь, ты не против, что я покормила их…
— Не против, но у него ещё много работы. Нужно осмотреть остальных лошадей на предмет ран и укусов оводов, чтобы по пути в Новгород их ничего не тревожило, — сверкнул глазами на своего помощника подошедший к паре воевода и перевёл взгляд на варяжку. — А нас с тобой ждёт разговор касательно ночной прогулки. Там, в домике, где меньше свидетелей.
* * * * *
Прервавший своим выразительным и многозначительным тяжёлым вдохом тишину Вещий Олег откинулся в резном дубовом кресле, устремив пронзительный взгляд на юную невесту князя, нервно теребящую в пальцах прядь золотистых волос. В подобном грому голосе прозвучал авторитет человека, видевшего взлёты и падения правителей. Человека, чья мудрость определила — и оборвала — судьбы многих.
— Ольга. Так тебя нарекли родители, верно? — начал он, и голос воеводы обрёл ещё больший объём и вес, чем прежде, заполняя собой всё пространство небольшой комнаты.
— Так, — кивает девица, опустив заплаканные глаза и готовясь вот-вот провалиться сквозь землю под пристальным взором очей своего собеседника.
— Тогда тебе, должно быть, известно, что мы делим с тобой одно и то же имя? — его глаза, холодные и расчётливые, впиваются в неё тысячей острых игл, а в голосе звучит суровость, не терпящая неповиновения. — Знаешь ли ты, что оно означает?
Глаза дочери Эгиля округлились и расширились от слов воспитателя Игоря, в них мелькнула смесь страха и неожиданного прозрения. До сего момента она никогда не задумывалась, что она и дядя правителя Киева действительно носят одинаковые имена.
— На языке наших предков, бороздивших моря и обосновавшихся в этих изобильных землях… — заикаясь, произнесла она дрожащим голосом. — Хейлагр, или по-славянски — Олег, Ольга — это "священный, обладающий святыми знаниями".
— Отлично, в твоей светлой голове всё не так запущено. Вот только своему имени ты пока ещё никак не соответствуешь. Или думаешь, что достаточно обеспечить победу князя над противником перед дружиной? Спалить святыню моей семьи, которую мы возвели в честь расширения земель великого Рюрика и его соратников? Или столь же дерзко, как и глупо, сбежать после смерти своего жалкого дружка-вора?
— Я… передумала, — Ольга выпрямляется и поднимает серо-стальные глаза на воеводу, взгляд их из испуганного становится сосредоточенным и решительным, пробретая металлический блеск. — Передумала и решила вернуться ради лучшего будущего семьи. Клянусь, если бы не тот волк, никто бы и не узна…
— Ты так думаешь? Действительно считаешь, что вот так просто улизнула и осталась бы незамеченной? Мимо меня ни одна букашка не промелькнёт, и уже через несколько минут после твоей ночной прогулки в мои покои наведалась принёсшая на своём хвосте вести пташка.
Мужчина откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы под густой, припорошенной сединой бородой, и продолжил:
— И из всех лошадей выбрала одновременно самую покладистую и быстроногую. Не верится мне в подобное совпадение. Что, мне вздёрнуть и как следует допросить того мальчишку, Щуку?
— Он здесь совершенно не при чём. Я видела, на каком скакуне он тогда, раненый и сбежавший от Люта, прибыл в лагерь, вот и решила: коли его Молния так скоро донесла к нам, то и я доберусь в Лыбуту в мгновение ока с её помощью. Или с таким именем меня не могла посетить столь прозорливая мысль?