Глава первая. В тумане столетий
1 Наиболее полное и обстоятельное исследование «Ольгинской» топонимики Псковского края и преданий, связанных с именем княгини Ольги и записанных на Псковщине, принадлежит современному псковскому краеведу и археологу А. А. Александрову (Александров А. А. Во времена княгини Ольги. Легенды и были о княгине Ольге в Псковской земле. Псков, 2001). См. также: Выбуты — родина святой княгини Ольги // Листок псковского храма св. Александра Невского. № 39. URL: http://antemple.newmail.ru.
2 ПСРЛ. Т. 38: Радзивиловская летопись. Л., 1989. С. 19. В Лаврентьевском списке лист с этим текстом отсутствует.
3 ПСРЛ. Т. 1. Стб. 29, прим. 12; ПСРЛ. Т. 2: Ипатьевская летопись. М., 1998. Стб. 20–21.
4 Еще в XIX в. архимандрит Леонид (Кавелин) высказал предположение о болгарском происхождении княгини Ольги, посчитав, что названный в летописи город Плесков, откуда Ольга была приведена к Игорю, мог означать не позднейший Псков (во времена Ольги, согласно ее же Житию в редакции Степенной книги, еще не существовавший), а болгарский город Плиска (см.: Леонид, архим. Откуда родом была святая великая княгиня русская Ольга? // Русская старина. Т. 59. 1888. № 7. С. 215–224). Это мнение получило распространение в исторической литературе (см.: Иловайский Д. И. Вероятное происхождение св. княгини Ольги и новый источник о князе Олеге. М., 1914. С. 3–12) и иногда принимается и современными отечественными исследователями (см., напр.: Никитин А. Л. Ольга? Елена? Эльга? // Наука и религия. 1991. № 11. С. 20–23; № 12. С. 54–56; Его же. Основания русской истории: мифологемы и факты. М., 2001. С. 232–233). Что же касается болгарской историографии, то в ней версия болгарского происхождения княгини Ольги сделалась наиболее популярной; см. особенно: Николаев Вс. Славянобългарският фактор в христианизацията на Киевска Русия. София, 1949. С. 98–100; и др. (О гипотезах болгарских авторов см.: Рычка В. М. Была ли святая равноапостольная княгиня Ольга уроженкой Пскова? (Историографический этюд) // Псков в российской истории. Псков, 2003. Т. 1. С. 118–123, со ссылкой на болгарского историка и публициста 30-х годов XX века Ст. Чилингирова, согласно которому Ольга была внучкой болгарского царя Бориса I, племянницей царя Симеона, дочерью его сестры Анны, вышедшей замуж за знатного болгарского боярина Сондока (Сурдика), — впрочем, источник всех этих построений неизвестен. Сам В. М. Рычка склонен считать, что Ольга происходила из Киева. См.: Там же. С. 266; Ричка В. Княгиня Ольга. Киïв, 2004. С. 59.)
Основанием для «болгарской» гипотезы послужило чтение так называемого Нового (или Краткого) Владимирского летописца, сохранившегося в рукописи 60-х годов XVI века (не XV века, как полагал архим. Леонид!) (ныне: ГИМ. Увар. № 206. Л. 264 об.): «Игоря же жени (Олег. — А. К.) в Болгарех, поят за него княжну именем Олгу, и бысть мудра велми» (текст издан: Тихомиров М. Н. Малоизвестные летописные памятники // Исторический архив. Кн. 7. М., 1951. С. 209; Павлова Р. Нов Владимирски летописец // Език и литература. 1980. № 5. С. 1–11). Ныне тот же летописный текст обнаружен в составе еще одной летописи XVI века, имеющей новгородское происхождение, — Большаковской, сохранившейся в рукописи 30–40-х годов XVII века (РГБ. Больш. № 333); см.: Конявская Е. Л. Новгородская летопись XVI в. из собрания Т. Ф. Большакова // Новгородский исторический сборник. Вып. 10 (20). СПб., 2005. С. 346.
Крайнюю уязвимость «болгарской» гипотезы показал еще И. И. Малышевский (Малышевский И. И. Происхождение русской великой княгини Ольги св. // Киевская старина. Киев, 1889. Т. 26. № 7. С. 1–27; № 8. С. 325–353), который обратил внимание на другие оригинальные чтения Владимирского летописца (напр., отождествление Древлянской («Деревской») земли с Литвой, включение в число племен, пославших за варягами, «лопи» и т. д.) и пришел к выводу, что все они, в том числе и известие о болгарском происхождении Ольги, по всей вероятности, представляют собой «плод собственного домысла владимирского летописца». Правда, И. И. Малышевский ошибочно считал источником «болгарского» известия об Ольге болгарский перевод греческой Хроники Константина Манассии, в котором упоминается болгарский город Плиска, или Плискува; как отметил архим. Леонид, этот перевод появился в России позже (Леонид, архим. Несколько новых замечаний к нашей статье «Откуда родом была святая великая княгиня Ольга?» по поводу статьи И. И. Малышевского. Киев, 1889 (отд. оттиск из «Киевской старины»). С. 2). Скорее, можно думать, что автор летописца, сокращая летопись, бывшую в его распоряжении (по некоторым чтениям она близка к Ермолинской), обратил внимание на болгарские известия, окружающие сообщение о женитьбе Игоря. Так, в Ермолинской летописи (где Ольга в статье о ее браке с Игорем также названа княгиней) непосредственно перед известием о женитьбе Игоря (в разных списках под 6415/907? Или 6411/903? годом) читаются рассказы о миссии к болгарским (так!) князьям Ростиславу, Святополку и Коцелу святых Константина и Мефодия и о войне с греками болгарского царя Симеона, который после поражения «побежа во Дерьстерь град» (ПСЛР. Т. 23. СПб., 1910. С. 3–4). Не исключено, что последний мог быть отождествлен составителем Нового Владимирского летописца с русской «Деревской» землей.