2 Русский перевод данного отрывка — Голубинский Е., История Русской церкви, I, II изд., М., 1901, с. 99–102, у Д. В. Айналова в его статье — Княгиня Ольга в Царьграде, Труды XII Археолог. съезда в Харькове, М., 1905, III, с. 12–20. Ср.: Айналов Д., История древнерусского искусства изд. студенческого издат. комитета при истор. — филол. факультете Петроградского университета, вып. I, Петрогр., 1915, с. 109–188; ср.: Его же — История древнерусск. искусства. Киев — Царьград — Херсонес, Изв. Тавр. уч. арх. ком., вып. 57.
3 Hmera d, т. е. в среду (у греков понедельник считался вторым днем недели); в переводе Д. В. Айналова по недоразумению — в четвертом часу дня.
4 То есть ранее описанным приемом саракинского посла. Прием происходил в Магнавре, где, по словам продолжателя Феофана, обычно происходили приемы наиболее знаменитых и великих из иностранных игемонов; Ольга в оглавлении второй книги De ceremoniis названа игемоном и архонтисой руссов (Боннское изд., с. 510); общие указания насчет приемов в Магнавре (с описанием достопримечательности зала трона Соломона) в начале той же 15-й главы (с. 566 сл.). См.: Айналов, Труды XII Археол. съезда, с. 13–15.
5 Вопросы эти сводились к взаимным приветствиям, как можно судить по образцам их в 47-й гл. II кн. De ceremoniis; см.: Айналов, указ. соч., с. 14.
6 Kamelaucion в данном случае не царский венец, как думает Голубинский, но балдахин или киворий над царским местом; см.: Беляев, указ. соч., I, 117, 119.
7 То есть из Магнавры, где он принимал Ольгу, во внутренние покои (у Голубинского наоборот). Дальше следует описание приема у императрицы. См.: Айналов, История древнерусск. иск. Относительно упоминаемых зал см. по указателю — Беляев, Byzantina.
8 Ta gar aulouta — у Голубинского неточно: органы, на которых играют, у Айналова случайно место опущено.
9 У Айналова — внутренние портики гипподрома, принадлежащего к Августею, но название — переходы (диаватики) Дафны или Августея — настолько обычно у Константина, что здесь нет необходимости относить слово «переходы» к ипподрому. См.: Беляев, указ. соч., I, с. 96–98.
10 Bhla — завесы. Но так как через завесы допускались чины по рангам, то самые группы сановников, допускавшихся по рангам, назывались bhla, — см.: Беляев, указ. соч., I, с. 22, прим. у Голубинского — «отделения», у Айналова — «чины свиты».
11 Д. В. Айналов обращает внимание, что церемониал застает княгиню в зале вместе с царицей, т. к. здесь ничего не говорится о том, что она была введена в зал, а рассказывается о входе лишь свиты. Очевидно, Ольга проследовала из внутренних покоев царицы, тем более что в описании не сказано, чтобы она была отведена оттуда обратно или где-нибудь ждала со свитой.
12 Не совсем ясно, обедала ли Ольга за отдельным столом с одними зостами или же за столом обедали также императрица с невесткой. Дело в том, что у Константина специально говорится об этом отдельном столе (кн. II, 52, tpmoV b), причем называются 6 высшего сана лиц, с которыми за этим столом (en th apocopth trapezh) может обедать император, в числе их и патрикия зоста (зоста — дама при царице; при приеме Ольги их было две ввиду того, что это были зоста императрицы и зоста ее невестки: см. прим. Reiske — с. 166, 16). Значит, отдельный стол назначался для императора (или императрицы) в окружении наиболее избранных лиц. Если так, то и в данном случае за этот стол должна была сесть императрица (с невесткой), иначе, спрашивается, где же они при этом приеме обедали? Айналов полагает, что Ольга обедала только с зостами, Голубинский, — что они обедали все вместе.
13 Д. В. Айналов высказал предположение (История русск. иск., с. 164–188), что полученные Ольгой и ее свитой денежные суммы не были дарами в собственном смысле, но что это являлось содержанием, какое в силу договоров должно было получать русское посольство за время своего пребывания в Константинополе, как это практиковалось в отношении посольств других народов. Доводы Д. В. Айналова не являются до конца убедительными. Странным кажется, что это месячное жалование, — если так мы должны определять значение даров, полученных Ольгой, — специально записывается в церемониал, что Ольге подносят это жалование на золотом блюде с дорогими камнями (точно так же, как на золотых блюдах поднесены были деньги двум саракинским послам). В своем построении Д. В. Айналов отправляется от сообщения Константина о том, как происходит отпуск итальянских послов (De ceremoniis, с. 397–398). Предварительно там составлялся список, «что каждый из них должен получить и что получает каждый из их людей». Согласно заготовленному списку, происходило пожалование при заключительном приеме. Мысль Д. В. Айналова такова, что в указанном списке и проставлялась цифра следуемого и условленного содержания, причем он пишет, что рассматриваемая глава может считаться как бы образцовой для формальностей составления подобных списков и выдачи по ним денег (с. 171). Но Д. В. Айналов несколько неточно толкует отдельные выражения этого сообщения, в результате чего оно получает другой смысл, чем какой имеет в действительности. Там сказано, что список (gnwsiV) составлялся kata gnwmhn tou basilewV; Д. В. Айналов переводит — «с ведома» императора, тогда как имеется в виду более активное его участие («по решению»); в переводе Reiske — ex imperatoris iudicio. Далее употребленный здесь термин roga Д. В. Айналов толкует в смысле именно жалования, платы, между тем как этот термин имел более общее значение, как это указывается в комментарии Reiske (с. 391–392) — largitio, donum, doaativum. Главное же, касаясь выражения Константина, что послам император дает, сколько он приказал приготовить eiV logon autwn. Д. В. Айналов последние слова истолковывает так: по слову их или по уговору с ним. Тогда действительно получается такой смысл, что речь идет о выдаче жалования, поскольку с послами было договорено о выдаче им определенной платы. В действительности эти слова не могут иметь такого значения; прямой смысл места «на их счет» (термин до известной степени понятный, поскольку распределение сумм занесено было в список), т. е. в отношении их группы в противоположность остальным получающим (в тексте — kai didwVin ekaston thn rogan o basileuV, kai meta to exelJein touV andrwpouV autwn tote kai autoiV toiV presbeutaiV didwsin dsa ekelesen eutrepisJhnai eiV logon autwn). Несколько упрощенно, но по существу правильно переводит Reiske — ipsis quoque legatis donal ea, quae ipsis praeparari iussit.