Однако комментарий летописца примечателен не только топографическими указаниями. Он содержит еще несколько важных сведений о киевской христианской общине того времени. Во-первых, судя по словам летописца, церковь Святого Ильи (или, возможно, одни только ее руины) существовала и в то время, когда он работал над летописью, то есть в середине — второй половине XI века (летописец употребил выражение «яже есть», а не «яже бе», то есть «была»). Во-вторых, он назвал церковь «соборной», а это подразумевает наличие в Киеве времен Игоря и Ольги и других христианских храмов. (Ко времени самого летописца Ильинская церковь уже перестала быть соборной, превратившись в обычную приходскую.) Наконец, в-третьих, летописец попытался объяснить читателям, откуда взялись христиане в Киеве, и это объяснение заслуживает того, чтобы остановиться на нем подробнее.
По словам летописца, христианами были прежде всего варяги («мнози бо беша варязи хрестьяне»). Несомненно, это утверждение соответствует действительности. Оно подтверждается и последующим летописным рассказом. Под 983 годом в «Повести временны́х лет» сообщается об убиении в Киеве двух варягов-христиан, отца и сына, первых на Руси мучеников за веру. Старший из них «пришел из Грек»9 (или, в другом варианте, «из Царяграда»), где, очевидно, и произошло его приобщение к христианской вере.
Таких варягов-христиан в Киеве должно было насчитываться немало. По крайней мере с конца IX века, а особенно в X столетии, руссы охотно поступали на службу к византийским императорам в качестве наемников. Во многом именно из них формировалась императорская дворцовая гвардия. Постоянно общаясь с христианами, некоторые из руссов и сами принимали крещение. Сведения об этом сохранились в византийских источниках. Уже известный нам император Константин Багрянородный в своем сочинении «О церемониях византийского двора» (его мы будем неоднократно цитировать в настоящей главе) упоминает «крещеных росов», которые как раз в 940-е годы несли службу в императорском дворце во время приемов иностранных послов10.
Многочисленные русские купцы, ежегодно посещавшие столицу империи, и послы киевских князей также были знакомы с христианской верой. В дипломатической практике византийского двора такое знакомство «варваров»-язычников с великолепием столичных храмов и главнейшими христианскими святынями предусматривалось особо. Так, например, императора Лев VI Мудрый, заключив в 911 году договор с русскими и, по обычаю, одарив прибывших в его город послов, «приставил к ним мужей своих показать им церковную красоту, и полаты златые, и в них сущее богатство… и Страсти Господни, и венец, и гвозди, и хламиду багряную (в которую был облачен распятый Христос. — А. К.), и мощи святых, уча их вере своей и показуя им истинную веру, и так отпустил их в свою землю с честью великой»11. Подобное поверхностное знакомство с христианским вероучением и христианскими святынями для кого-то могло обернуться и искренним приобщением к новой вере.
Но в комментарии летописца к договору 944 года обращает на себя внимание еще одна подробность. Оказывается, церковь Святого Ильи находилась в непосредственной близости к тому району Киева, который был заселен выходцами из Хазарского каганата. Случайно ли?
На этот вопрос трудно ответить однозначно. Обычно, когда речь идет о Хазарии, вспоминают о том, что официальной религией каганата был иудаизм. Но это не вполне точно. Среди хазар были приверженцы разных конфессий, в том числе и христиане. Хазарское государство отличала относительная веротерпимость: иудеи (к числу которых принадлежала правящая верхушка), мусульмане (из них состояла наиболее боеспособная часть армии), христиане и язычники жили, как правило, мирно. Но случались и эксцессы. Один из таких эксцессов имел место в 30-е годы X века при хазарском царе Иосифе, когда в Хазарии было перебито множество «необрезанных», то есть христиан12. Уцелевшим пришлось бежать из страны, и вполне вероятно, что часть из них осела в Киеве, который издавна был связан с хазарским миром (напомню, что поляне в течение долгого времени были данниками хазар) и в котором имелась хазарская колония. Компактное проживание единоверцев в отдельном, обособленном квартале чужого города — повсеместная практика не только Средневековья, но и более позднего времени, вплоть до наших дней. Так, славяно-русская языческая колония существовала в столице каганата Итиле-Хазаране, причем славяне и руссы имели здесь своих собственных судей, которые судили их «согласно языческому обычаю, то есть по велениям разума»13. Позднее русский квартал появился и в Константинополе. Между прочим, имелся в Киеве и особый квартал, заселенный иудеями, главным образом также хазарского происхождения. Он носил название Жиды, или Жидове, но располагался в иной части Киева. Так что очень похоже на то, что киевские «Козаре» были заселены хотя и выходцами из Хазарского каганата, но не иудеями, а главным образом христианами, причем число последних возросло как раз в годы княжения Игоря. Они не меньше, чем варяги-христиане, нуждались в собственной церкви.