Глава 5.3
Неждана.
Меня привели в порядок слуги, но я так и не смогла выйти ко двору. Судя по тому, что объявило собрание по критериям выбора нового царя именно для этого они и устроили эту развязную попйку. Чтобы определить, кто может быть новым правителем.
Матушка рассказала мне о том, каким по их мнению должен быть новый царь.
Он должен был быть из рода, который не менее десяти веков считается княжеским. Его кандидатура могла быть выдвинута собранием или общиной его княжества. Его вера должна быть только в наших Богов. Физическое и моральное состояние играли не последнюю роль. Именно поэтому молодым князькам ничего не запрещали, они хотели увидеть истинное лицо каждого возможного будущего правителя. И еще конечно воинские заслуги и доблесть.
Вот тут и начались споры по поводу выборного князя. Большинство были за Демида Павельевского, моего пока еще будущего мужа.
Мать не осудила его, но пожалела меня. Сказав, что вседозволенность портит как мальчишек так и девчонок из знатных семей. А то, что он чуть не убил меня и Богдана отпаивал меня своими травами и еще Боги знают чем, ее это не волновало.
Про Тихомира мне никто не говорил ни слова, да и я не уверена была в том, что моим спасителем был он. Я почти уже потеряла связь с реальностью к моменту моего спасения.
Теперь мое лицо было похоже на кусок отбивного мяса, меня снова беспрестанно тошнило и все списали это на травмы. Но что-то, какая-то шальная мысль закрадывалась у меня в голове, что это не просто так. Тошнило меня и слабость была еще до избиения.
Но я гнала эти глупые мысли от себя.
В то же время понимала, что обязана поговорить с Богданой, но теперь она меня избегала. Точнее я совсем ее не видела, даже мельком в коридоре. Хотя и опасалась выходить из комнаты.
Дождавшись пока в комнату придет моя служанка, которая приехала с нами из поместья, я под страхом смерти попросила ее передать записку Богдане. В ней я просила, даже нет, не так, умоляла о встрече.
Спустя два дня в мою комнату робко постучали. Следом за этим вошла Богдана.
Она старалась не смотреть в мои глаза.
— Неждана, я пришла, ты хотела поговорить?
Это было так непохоже на смелую и своенравную девчонку, которой я ее помнила.
— Да, милая, расскажи, что произошло, я почти ничего не помню, — умоляла ее я.
— Я думаю тебе лучше не вспоминать произошедшее, я и сама не знаю, что теперь делать. Мы все оказались под ударом.
— Мне показалось, что моим спасителем был Тихомир? Я права? – я задержала дыхание ждя ответа.
Богдана словно замялась:
— Да, только никому не говори об этом, он в наших покоях, мы еле спасли его! Если кто-то узнает нам всем не сдобровать. Скажи, что ты не запомнила спасителя, — она прикусила губу.
Мой желудок снова скрутило. Меня вновь тошнило. Я втянула воздух носом.
— Не беспокойся, конечно я никому ничего не говорила и не скажу, — мои глаза наполнились слезами.
— Неждана, — слишком тихо начала она, — Мне нужно сказать тебе еще что-то, — Богдана заерзала на стуле.
— Говори, меня видимо ничего уже не испугает.
— Ты беременна, я осматривала тебя после побоев. Елизавета никого к тебе не подпускала, — она ухватилась за браслет на руке.
А я смотрела на камни в его плетении и пока еще не осознавала смысл услышанных слов.
— Неждана, ты в порядке?
— Нет, что мне теперь делать? Я не могу умереть, не могу быть с Тихомиром, не могу быть с Демидом, что мне делать? — я готова была разрыдаться.
— Послушай, ты либо сбежишь с Тихомиром, но он не сможет отправиться сейчас в дорогу. Он слишком слаб после избиения Демида. А свадьба должна уже скоро состояться. Либо мы скажем, что Демид изнасиловал тебя и ребенок его. Либо ты во всем признаешься и тебя убьют вместе с ребенком. Прости, но мы больше ничего не сможем сделать, — она вытерла слезы катившиеся по ее щекам.
— Мне нужно подумать, спасибо за честность. Я хочу побыть одна.