В комнате было тепло и чисто, я даже почувствовала себя оборванной в таком виде.
— Садись на кресло, попробую раздобыть нам перекус, наверняка ты ничего не ела.
— Так я еще больше чувствую себя оборванкой. Но не отказалась бы от куска хлеба и воды.
Тихомир вернулся через несколько минут держа в руках поднос с дымящейся миской каши и ломтями хлеба, кувшином с чем-то и даже несколькими яблоками.
— Ешь, потом поговорим, сначала ты должна успокоиться, — Тихомир поставил поднос передо мной.
— А ты? — посмотрела я на него.
— А я не хочу, яблоком обойдусь, — он взял одно с подноса и откусил от него большой кусок.
Я хмыкнула и принялась за кашу.
— Хочешь пить? — спросил он через несколько минут.
— Да, очень! — пробубнила я с набитым ртом. Нужно отдать должное, каша оказалась довольно вкусной, даже на замковой кухне так не готовили. Она напомнила мне кашу в Вороньем гнезде. Я замерла с ложкой у рта. Вспомнила дочь и сны, как они там, совсем одни и не рядом. В носу защекотало. Но мои мысли перебил Тихомир.
— Кроме вина ничего больше не было, поэтому придется пить его.
— Вино, так вино. Мне видимо придется задержаться у тебя до ночи. Днем мне слишком опасно возвращаться в замок, меня могут и не пустить. А ночью я как-нибудь проберусь туда. Как же я устала, — я потерла свободной рукой лицо.
— Поешь и отдохни, при свете ты выглядишь очень усталой. Нелегко тебе там пришлось, да? — Тихомир подошел ко мне и взял меня за руку.
Я отложила ложку. Накрыв его руку своей.
— Ты ждал меня все это время? — с надеждой спросила я.
— Ждал и мучался, хотел уже ворваться силой в замок, сдерживался из последних сил. Мне было очень трудно не сделать этого. Я был в неведении, бродил ночами вокруг стен дворца. Наделся увидеть тебя хоть в окне. Никто ничего не мог мне рассказать. Что с царем тоже никто не знал, — Тихомир становился все мрачнее.
— Тиша, мне так плохо было без тебя! Я в отчаянии и не знаю что делать. когда я нашла Демида он был почти мертв, но мне удалось его спасти. Помнишь огонь, который объял меня в нашу последнюю ночь вместе? — он кивнул, — Так вот, я выжгла заразу из его раны и теперь он идет на поправку. Я могла бы дать ему умереть, но не смогла. Хочу просить у него чтобы он публично признал наш брак расторгнутым.
— А что ты делал у дома его любовницы? — неужели так и бродил каждую ночь ища меня.
— Тебе известно, что Дарья его любовница? — теперь хмыкнула я, — Конечно, скорее всего всем в городе известно. Так вот, его рана непонятно откуда взялась и она не пускала к нему никого, скорее всего хотела, чтобы он умер. Только вот какой ей прок от этого?
— Все хватит, идем, тебе нужно отдохнуть.
— Да, ты прав, я почти не спала эти недели.
Я сбросила тряпье и улеглась в кровать заботливо расстеленную Тихомиром. Он укрыл меня одеялом и улегся позади обняв меня и крепко прижав к себе. Мы оба могли позволить себе хорошенько выспаться, пока были рядом.
Глава 10.3 (Неждана)
Проснулись мы, когда за окном уже занимался закат. Солнце наполовину было скрыто городскими домами и приятный розовый цвет пробивался сквозь шторы. Наконец-то я чувствовала себя выспавшейся и отдохнувшей. Словно заново родилась.
Тихомир спал, крепко прижав меня к себе. Даже сквозь одеяло я чувствовала приятное тепло его тела. Завозившись попыталась выбраться, но лишь разбудила его.
Он еще крепче сжал меня.
— Ты куда? — сонно пробормотал Тихомир.
— Мне нужно собираться и отправляться в замок, я и так слишком многое себе позволила. Только в темноте смогу пробраться незамеченной, — с грустью прошептала я.
Но как же мне самой не хотелось этого делать. Я снова натянула на себя нищенское тряпье и спрятала волосы под платком. Только мы немного просчитались. В вечернее время постоялый двор был заполнен, внизу за столами сидело слишком много людей, чтобы мы вышли незамеченными.
Это была не простая забегаловка, а достаточно приличная гостиница. Здесь были и дамы, и их кавалеры, приехавшие по делам в столицу. Как только мы спустились с лестницы, я в своем тряпье привлекла к себе все взгляды. Нищенка в таком месте, да завтра весь город будет судачить об этом. Не удивлюсь если Тихомиру придется съехать отсюда. Надеюсь все обойдется, вздохнув я вошла в зал следом за ним.