— Ну чего, ты, Неждана, краса моя, все хорошо. Никто тебя со мной не тронет. Доберемся мы в целости и сохранности. Зверь лесной, он не дурак чтобы на меня с топором напасть. А нечисть лесная огня твоего испугается. Ты сама какую хочешь нечисть прогонишь, — все еще потешался надо мной Тихомир.
— Да, а откуда же этому зверю про топор твой известно, даже если я его не видела?
— Он метал такой чует, не подойдет, не бойся говорю тебе, вон впереди и огоньки какие-то. Хутор может какой или деревня. Сейчас поедим умоемся и спать ляжем. Помнишь уговор, что жена ты моя, едем в Перун-Град к родителям твоим.
— Помню-помню, — пробурчала я, как тут забудешь. Если обман кто откроет позора не оберешься. Царица на телеге вдвоем с молодцем из лесу приехала.
Да делать нечего, договор с Перуном заключён, да и замужем за Тихомиром я хочу быть, мужней женой, а не как сейчас.
Глава 12.1 Неждана
Приехали мы на небольшой хутор, здесь и домов-то всего два. В окнах огоньки от лучины светятся. Только тишина здесь такая, что даже жутко, ни собаки не лают, ни коровы не мычат, да и лошадей по видимому тут тоже нет. Постучали мы в ближайший домик. Открыла нам старушка древняя.
— Что хотите, путники? — прошамкала она беззубым ртом.
— Бабушка, переночевать бы нам, издалека едем в гости к родителям жены моей в Перун-Град. Пусти на ночлег, а я заплачу тебе, золотой монетой. Да и помыться бы нам и еды если дашь, то еще монетку дам, — Тихомир разговаривал с ней,словно каждый день торговался с бабушками за ночлег.
— Проходите в хату коль не шутите. Мы вдвоем тут, я да внучка моя, совсем маленькая. Родители ее в город уехали, да так и не вернулись. А я вот тут присматриваю за ней.
Сзади за юбку старухи цеплялась маленькая девочка. Такая хорошенькая, черноглазая,только уж очень худенькая да чумазая.
Видно сложно бабушке приходится. Она поставила на стол котелок щей и большую буханку хлеба, налила кувшин кваса. Страшновато есть в незнакомом доме, да голод не тетка. Тихомир будто не замечая ничего странного и необычного съел свою порцию и я глядя на него начала потихоньку кушать. Все было очень вкусным, не смотря на то, что это были обычная еда без изысков. Но при царском дворе я так аппетитно не ела.
Потом старуша достала откуда-то топор и вручив его Тихомиру отправила рубить дрова для бани. Через час мы уже могли идти мыться и париться. Я уговорила старуху отпустить девочку со мной. Она была очень ласковой, словно никогда не видела человеческого тепла. А старуха вроде не обижала ее, но и не жалела. Словно есть она и есть, даже к кошке иногда внимания больше бывает.
Тихомир попарился первым и остался ждать нас в предбаннике, о чем я сама его попросила. Никак не могла отделаться от чувства какого-то первобытного страха.
В бане приятно пахло травами, было очень чисто и тепло. Я давно не бывала в ней. Казалось много лет. Раздела девочку и усадив на полок принялась натирать ее мочалкой из крапивы. Она хихикала от щекотки и иногда трогала мое лицо своими пальчиками, когда я улыбалась. Мне почему-то вспоминалась Тишана. Как она там одна без меня и улыбка тут же сходила с моих губ. Тогда девочка гладила меня по голове. Мне становилось чуть легче. Она словно говорила мне, что все будет хорошо и я верила ей. Намывшись и напарившись вдоволь мы ополоснулись прохладной водой и вышли к Тихомиру завернутые в большие простыни.
— Подожди нас на улице, мы сейчас оденемся и выйдем.
Тихомир безропотно вышел, он уже одел чистую смену одежды. Выглядел отдохнувшим и словно помолодевшим, как в нашу первую встречу в том страшном морском зале.
Мы были такими испуганными и я влюбилась в него лишь мельком взглянув.
Старуха дала девочке удивительно белоснежную сорочку. Удивительно потому что, до этого она была одета в достаточно грязноватую одежку.
Была в ней еще одна странность, она молчала. Только иногда ее мелодичный смех слышался мне. Больше никаких звуков, возможно она немая. Старуха и мне дала белую сорочку, с длинным подолом и рукавами. По краям расшитую красной вышивкой. Я умела вышивать и шила неплохо, мать меня научила, но эта вышивка была очень необычной, какой-то нереальной, словно птицы и цветы на ней были живые и настоящие. На сорочке девочки вышивки не было вовсе, только кружево по краям. Обе они были видимо очень дорогим. Ничего похожего прежде я не видела. Нужно было выходить. Тихомир уже замерз наверное.