Одним из таких хитрых приемов было убийство главного злодея. Буквально — если бы вовремя убили Гитлера/Сталина/Горбачева, то сразу же все изменилось бы к лучшему, прямо-таки волшебным образом. Я долго не мог понять, откуда у людей в голове такая чертовщина. А потом до меня дошло.
Из голливудских фильмов.
Вспомните, как в фильмах обычно разрешается противостояние героя и злодея? Либо наносится один мощный удар, как в «Звездных войнах» — и все, битва выиграна. Либо достаточно убить главу мафии, злобного вождя террористов, Темного властелина — и все, на этом война закончена, силы добра победили, черный замок рухнул, злодеи разбежались. Никогда в фильме не будет такого, чтобы герои победили долго и нудно сражаясь с войсками Повелителя зла, по колено в грязи и крови, буквально прорубая каждый метр к тому самому черному замку, а потом, после победы — еще и не менее долго и нудно вычищали остатки сил зла, от тех, кто отказался сдаваться, до тех, кто притворился твоим союзником, чтобы по ночам поджигать вагоны с топливом. Нет. Всегда — один удар, один убитый властелин, и можно праздновать победу. Вот люди, насмотревшись фильмов, и начали считать, что из любой проблемы ВСЕГДА есть очень простой выход. Достаточно или жахнуть один раз чем-то мощным или убить самого главного. Такие люди не понимают, и не хотят понимать, что это работает только в фильмах. И не работает в реальной жизни. Даже в наполненной волшебством и магией Руси семнадцатого века.
Начнем с того, что со смертью колдуна ничего не закончилось…
3
Соломинка отдернула руку и, зажав рот обеими ладонями, уставилась на рухнувшую в траву двора мумию колдуна Прокопа. Я, честно говоря, не меньше ошарашенный, уставился на нее. Это, блин… Мышка загрызла слона, истребитель завалил звездолет…
И этот самый момент, не дав мне прийти в себя, часть моих стрельцов решила ударить в спину оборотням.
Оборотни, осадившие здание, в котором оборонялась основная масса моих войск, не знали, что со смертью своего самого главного, им полагается разбегаться и сдаваться. Поэтому продолжали обстреливать терем из всего, что только могли. И если вы сейчас представили оборотней с мушкетами и пистолетами — то зря. Пользоваться Словами им, похоже, никто не запрещал, поэтому в ответ на, не такую уж и частую, стрельбу в сторону стрельцов летели ярко-зеленые искры, разряды молний, ледяные шипы, огненные шары и вообще все, что только можно наколдовать с помощью Слов.
А вот это — интересная штука. Один из оборотней выставлял в сторону противника раскрытую ладонь, с которой срывалось нечто вроде огненного веретена. И, судя по эффекту, это было самое мощное оружие из имеющегося арсенала оборотней. По крайней мере, эти огненные стрелы прожигали глубокие черные дыры в бревнах, вообще-то заговоренных от огня и пожара. Надо бы этого огнестрела взять живьем, чтобы…
Хлопнул выстрел и голова Огнестрела разлетелась в клочья.
… чтобы выпытать у него Слово… Ладно, уже пофиг.
Это мои, те, с кем мы сбежали из терема подземным ходом, не выдержали и решили помочь товарищам. И вот этот-то момент отряд стрельцов и выбрал, чтобы ударить.
Орущий — мы, русские, спокойно в атаку идти не можем — сверкающий саблями и алебардами ударный кулак стрельцов врезался в ряды оборотней, раскидывая их в стороны.
И даже после этого оборотни не побежали! Их было слишком много, похоже, Прокоп отправил на нейтрализацию моего войска большую часть войска своего. Стрелецкий кулак увяз в их толпе, стрелять было уже нельзя, чтобы не задеть своих, и моих людей начали рвать. От терема уже им на выручку рванулись остальные стрельцы, по которым больше не стреляли — хоть несколько человек все же полегло под очередным залпом молний и льда — силы почти выровнялись…
На помощь своим товарищам, оставив грызню и отбросив в сторону остатки бурых волков, рванулись серые волки, на бегу превращающиеся в людей, размахивающих саблями. Еще немного и они ударят в спину уже стрельцам…
А, нет. Бурые волки, изрядно потрепанные, в крови и шерстяных клочьях, отказались уползать и зализывать раны. Хромая и явно держась на морально-волевых, они побежали вслед за своими противниками, хватая их за ноги и уворачиваясь от клинков. Явно кто-то, превращенный, как и я.
Такого тройного удара оборотни уже не выдержали. Они рассыпались серой стаей и побежали во все стороны.