— Миш, — позвал я брата.
Брат повернулся ко мне.
— Ты что-то хотел?
— Слушай, можешь меня подменить?
Миша наклонил голову на бок.
— Давай. Мне несложно, — словно мы говорим о пустяке, ответил он.
— Спасибо, — сказал я.
Когда брат опустил рычаг, отец заметил, что мы поменялись. Но по его холодному выражению лица было сложно понять, как он к этому отнёсся.
Наконец-то дошла очередь до последних гномов, среди которых был тот, что разменял свою жизнь на жизнь сына.
— Видит Арес, — сказал Бастиан, когда гном проходил мимо него к своему месту, — если над тобой ещё раз порвётся верёвка, я лично открою портал на твою родину и отсыплю столько золота, сколько ты весишь!
На лице гнома промелькнула мимолётная улыбка. Из толпы послышались крики.
— Ставлю пять медяков, что верёвка не порвётся.
— Ставлю серебряный, что она порвётся!
Как я уже говорил, для здешних людей казнь была увеселительным представлением. И когда гномы повисли на верёвках, люди начали скандировать.
— Рвись… рвись… рвись…
Краем глаза я заметил, что молодой гном тоже шевелит губами, повторяя словно молитву «рвись, рвись же».
Но чуда не произошло. Вскоре все гномы безвольно повисли на верёвках. И по толпе пронесся вздох разочарования. А молодой гном повалился на колени и разрыдался.
В какой-то степени мне было его жаль. Однако, не стило забывать, что гномы пришли к нам творить зло! И сотворили его, убив наших воинов. Так что по большому счёту те, кто сегодня умерли, получили по заслугам.
Больше оставаться смысла не было. Пока улицы не заполонили толпы возвращающихся по домам людей, я постарался первым покинуть центральную площадь.
Что же касалось выжившего гнома, то меня не оставили равнодушным слова Мишеля. Всего на миг я представил, как спускаю курок, и автоматная очередь врезается в молодого гнома, и я покрылся холодной испариной.
Поэтому я решил, что и так не малую роль сыграл в судьбе Брайна. Когда тот пришлёт мне сову, обратно ей же я сообщу про сегодняшний случай. А дальше пускай он сам решает проблему. Справится — молодец. Нет, значит такой шпион-слуга мне нафиг не сдался. Хотя вру, будет обидно, что все мои старания с побегом окажутся напрасны.
Но и хладнокровно убить мальца я не смогу. Дело не только в том, что система может по-своему истолковать это действие. А в том, что гном был, по сути, ещё ребёнком. И мне его было банально жаль.
— Где граф? — спросил я у встречающего меня на пороге Планше.
— Он и князь Гром ожидают Вашего батюшку, чтобы проститься. После чего отправятся домой.
— Планше, ты не ответил, где именно они ожидают отца?
— В гостевой, — слегка поклонившись ответил Планше. Причём я заметил, что он смотрит на меня иначе, хоть и с почтением, но без уважения.
— «Кажись, мне надо срочно придумать, как вернуть себе эти единицы обаяния».
Не став заострять на этом внимание, я направился в гостевую.
— Князь, граф, — поприветствовал я гостей. — Слышал, что вы уже готовы отбывать?
— Да, — ответил Стефан. — Я так понимаю, казнь закончилась? Честно, я только сегодня ноч… — оговорился он, но никто не стал придавать этому значения, — недавно узнал, что у вас в плену находились гномы, которые пытались похитить архил. Как всё прошло?
— «Интересно, а уменьшение обаяния в моём случае зависит от того, какой ранг у разумного?» — Стефан вёл себя также, как и в прошлую нашу встречу. По крайней мере мне так показалось.
— Что ответил твой отец? — влез в разговор Факкалистер. — Он подпишет договор?
— Что за договор? — встал полубоком Стефан, чтобы смотреть одновременно на меня и графа.
Факкалистер отвёл взгляд, из чего я сделал вывод, что князь Гром ничего об этом не знает. Спрашивается, зачем он стал задавать вопросы при нём? Мог же попросить отойти, поговорить со мной наедине!
— Магический договор, в котором говорится, что род Арес не станет поднимать цены на артефакты, — ответил я.
— Вот оно как? — внимательно посмотрел на графа, князь. Это длилось несколько секунд, после чего он с улыбкой посмотрел на меня. — И что ответил Бастиан?
— Отказал.
— Честно, я даже не разочарован, — произнёс Факкалистер. — Сразу знал, что ты провалишься.
— Да? — усмехнулся я. — И зачем же ты тогда подошёл ко мне с этим вопросом, раз знал всё наперед?