И всё же это была победа! Победа, дающая возможность уйти самим и беспрепятственно увести награбленное добро. Княжич, дико уставший как физически, так и эмоционально, всё же имел ещё силы чувствовать гордость. Ещё бы, его план сработал как надо! Впрочем, такие планы срабатывали всегда, если чужой разведке не удавалось обнаружить затаившегося врага. Человек ведь не робот, он не может быть в готовности всё время, он устаёт и перегорает и даже часовые со временем начинают забивать на службу, а потому нежданное ночное или предутреннее нападение завсегда выливается в избиение. Так получилось и здесь. Литвины не смогли выследить их, и теперь им оставалось лишь собрать трофеи да пленных и уходить. Правда, смущало то, что у противника не было обоза. А чужой обоз вещь соблазнительная. Особенно воинский. От одной мысли, сколько там всего нужного уложено, жаба внутри Андрея начинала буквально беситься. Чтобы удовлетворить разгорающееся любопытство, среди полонённых провели экспресс опрос, на котором и выяснилось, что тот тащился где-то позади (ну да, литвины-то тоже не дураки, понимали, что одвуконь быстрее врага настигнут). И вот теперь перед ним встала дилемма. С одной стороны, нужно было уходить, ибо пленные показали, что армия Острожского уже довольно близка, да и окрест не только их отряд шалил, ну и потери были более чем чувствительные. С другой же, кроме богатой добычи (а её, как известно, много не бывает), была возможность освободить пленных из той разбитой полусотни, беглецы из которой так помогли им известиями. Сам Андрей больше склонялся за поход, но принять решение всё никак не мог, а потому решил выслушать своих подчинённых.
"Военный совет" собрался быстро. Пока простые воины перевязывали и обрабатывали раны, да наскоро хоронили своих погибших, начальникам пришлось здорово поломать голову над дальнейшими действиями, ибо умудрённые опытом, они хорошо понимали, что лучшее иногда враг хорошего. И всё же жажда большого куша перевесила, а потому вскоре сильно поредевший отряд спорым маршем поспешил в одну сторону, а оставленные легкораненые, переловив да навьючив добычей шляхетских лошадок и привязав к сёдлам пленных, да устроив своих тяжёлых, в другую - догонять уходящий на соединение к основным силам, стоявшим под Полоцком, обоз.
Что ж, риск оправдался на славу, хотя Андрей и ожидал большего. Увы, пышности поляков следующего столетия армия литовского княжества ещё не достигла, и весь обоз разбитого отряда состоял из вереницы возов и вьючных лошадей, вёзших лишь всё самое необходимое. Да и боя, по сути, не было. Новгородские ратники стремительно окружили вставшие возы, расстреливая всех, кто был с оружием, из луков и лишь в самом конце схватившись за сабли. Разгром был полным, только небольшой части охранников удалось уйти, нахлёстывая коней, преследовать их не стали, а погнали захваченное добро в обратную сторону, молясь, чтобы никто не перехватил их по дороге...
Толи помогли молитвы, толи воинская удача, но больше по пути они никого не встретили до самого конца перехода. Но лишь когда впереди показались стены осаждённого Полоцка, Андрей позволил-таки себе и своим людям расслабиться. Как оказалось, спешили они зря, о литвинах здесь уже были предупреждены - шляхтичи умудрились здорово покусать не один отряд поместных. Да и слухи о "сорокатысячной" армии, спешащей на выручку, так же долетели до сих мест, воодушевив горожан и заставив воевод призадуматься. Ну а пленные, доставленные Андреем, своими сведениями лишь подлили масла в огонь. Сорок там не сорок, но сил у Острожского было всяко больше того трёхтысячного корпуса псковско-новгородской рати (к тому же понёсшего какие никакие, но потери) что привёл с собой князь Шуйский. К тому же в воздухе уже явственно чувствовалось дыхание стремительно приближавшейся зимы. Уже снова, как и в прошлом году, начались проблемы с фуражом. Да и болезни не обошли воинство стороной. А значит, предстояло воеводе в ближайшее время споро собирать все разрозненные силы в кулак да, свернув неудавшуюся осаду, отходить в родные пределы.
Второй год войны вновь не принёс видимых результатов. Ни одной крепости взять не удалось. Мало того, Острожский своими контрударами практически снял осаду и отогнал русские войска от Витебска, Полоцка, Орши. А столь хорошо получающиеся у русской рати лихие кавалерийские рейды по незащищённым деревням и городским окрестностям погоды, увы, не делали - с их помощью нельзя было выиграть войну.