Выйдя из каюты, купец поднялся на кормовую надстройку и огляделся. Но зацепиться хозяйскому взгляду было незачто: моряки занимались своим делом, а охранники стояли наготове по своим местам. Шхеры - место не только красивое, но и довольно опасное. Вдоль всего южного побережья раскинулись на таких вот многочисленных островах деревеньки, чей промысел составлял рыболовство и скотоводство. Но некоторые со временем предпочли совсем иной род деятельности, посчитав, что перехватывать купеческие корабли в этом лабиринте мелей и островов, где лёгкие и маневренные гребные шкутты имели преимущество над кургузыми парусниками занятие более прибыльное. Увы, но отнюдь не все желают заниматься честной коммерцией. Вот и приходилось степенному купцу раскошеливаться на внушительную охрану.
К задумчиво застывшему у борта купцу неспеша подошёл шкипер.
- Герр, на горизонте судно. Похоже русские. И идут в Борго.
Критманн встрепенулся. Ну вот, опять всё настроение испортили. И кто? Московиты! Их недавно построенный Ивангород стал притягательным местом для датчан, шведов и купцов из немецких земель, не входивших в Ганзу. Все они презжали в него и вели торговлю настолько большую, что его Ревель завел старую песню о гибели города. Да! Уж кто-кто, а он-то знал, как часто ревельский рат жаловался в Любек и просил воздействовать на русское судоходство: "Мы стоим на стенах и со слезами смотрим, как торговые суда идут мимо нашего города к русским". И это было именно так.
Убытки, которые несли ревельские купцы, росли с каждым новым кораблём. А в последнее время и сами русские стали разъезжать по морю всё дальше и дальше. И даже свои, прикормленные пираты, базирующиеся на Аэгне - острове недалеко от Ревеля - не могли остановить этот всё возрастающий поток. И вот теперь эти варвары добрались и до Борго, города, с которым Критманн давно вёл выгодную торговлю. Нет, ну такую наглость спускать явно не стоило.
Подхватив шляпу, купец стремительно перебежал на нос когга и внимательно вгляделся в приближающийся кораблик. А ведь тот был явно меньше его судна и народу на нём тоже, наверное, не сильно много. Думается, дюжине его молодцов они будут на один зуб. Так может?! Ну да, ведь море вполне молчаливый свидетель, а Критманну уже не раз приходилось преображаться из мирного купца в грабителя. В этих водах встреча двух одиночек часто означала конец плавания для одного из них. Ну а товары, что везут эти схизматики хорошо дополнят груз в трюмах его когга.
Обернувшись, Критманн подозвал начальника войсковой команды:
- Вайс, как только мы поровняемся с ними, берите их на абордаж. Шкипер, курс на схизматиков!
Последний раз вместе торговые бусы ночевали на Березовых островах. А с утра они разделились. Буса, ведомая Игнатом, отправилась по не раз уже хоженному маршруту в Выборг, а вот вторая, с самим Андреем и его людьми, двинулась вдоль финского побережья, собираясь продефилировать мимо всех портов вплоть до Або. Рассчёт у князя был на то, что кто-то из купцов не выдержит и соблазнится лёгкой добычей. Ситуация вполне в духе нынешних нравов, где каждый второй купец был готов стать пиратом, а каждый первый им по совместительству и являлся.
Однако первых три дня не происходило ничего, хотя им и посчастливилось повстречать пару коггов. Но те спокойно прошли мимо, и тогда Андрей решил заглянуть в Борго. В его время этот городок, сменивший имя на Порвоо, стал неплохим туристическим местом, расположенным всего в полсотни километров от Хельсинки. Однако теперь он был по местным меркам крупным перевалочным центром, так как будущей столицы ещё не существовало и даже Густав Ваза - основатель города - ещё был простым дворянином и даже не мечтал о короне.
И вот сейчас, идя узким проливом между островами, они наткнулись на очередного ганзейца. Разрезая податливые воды высоким носом, неуклюже переваливаясь с волны на волну, прямо навстречу им под огромным полосатым парусом шёл одномачтовый когг. Свисток дудки сорвал дремлющих бойцов, заставив их облачаться в бронь и натягивать тетиву на луки. Часть людей, по привычке, укрылась рогожей, дабы не бросаться преждевременно на глаза. Ну так, на всякий случай. С виду лежит себе какой-то груз, укрытый от непогоды, и пусть себе лежит. Сам князь встал у руля, рядом с кормщиком. Гридя же лишь крепче вцепился в румпель, удерживая бусу на курсе. Умный парень, он давно уже понял, что на его судне творилось что-то интересное. Гридя, конечно, не был воином, но глаз имел намётанный и прекрасно видел, что большая часть тех, кто грузился к нему, были людьми больше привыкшими к сабле, чем к иному труду. Да и ворох вооружения, сваленного в трюме, тоже говорил сам за себя. Нет, многие купцы нанимали охрану на корабли, ибо в море любой встречный может оказаться пиратом. Но чтобы целый корабль из охранников. Это больше напоминало сборы ушкуйников, байки про которых часто рассказывали в новгородских корчмах. Но мысли свои он покамест держал при себе.