Тем временем самое жестокое опустошение Рима продолжалось восемь страшных дней. Укрывшись за стенами замка Святого Ангела, папа и другие спасённые с ужасом наблюдали за той вакханалией, что творилась внизу на городских улицах. Казалось, что вновь вернулись времена готов и вандалов, ограбивших Рим тысячу лет назад. Да что папа! Сама Италия взирала на разграбление Рима в полной растерянности.
Правда понтифик за какие-то "жалкие" 400 тысяч дукатов был вскоре освобождён из своего заточения в замке Святого Ангела и отправился в изгнание в Орвието, однако оккупация Рима, с полным беззаконием и властью силы, продолжалась ещё долгих восемь с половиной месяцев, пока вспыхнувшая эпидемия чумы и собранное, наконец-то, войско, верное римскому папе, не заставили наёмников в спешке покинуть усеянное разлагающимися трупами пепелище.
Что же касается представителей одного русского князя, то они исчезли ещё раньше, оставив вместо себя некоего синьора Луиджи деи Грумарди, который и должен был истребовать нотариально заверенные на его имя римские долги, продать всё же полученные в качестве "выкупных средств" дома, лавки и прочие строения, и попытаться всучить нереализованные "акты дарения" какому-нибудь банкирскому дому, пусть и за треть цены.
Передовые отряды русских выскочили к Вольмару под вечер пятницы. И выскочили столь неожиданно, что городское стадо не успело ещё покинуть пастбища и спокойно паслось себе за городской стеной. Обрадованные подобным подарком, русские помещики бросились собирать мычащую и блеящую животину в единое целое, одновременно отгоняя его подальше от города.
Вольмарцы же в первые мгновения думали лишь об одном — успеть затворить ворота. И лишь потом стали с горечью взирать на угоняемое чужаками имущество. Однако, убедившись, что русских пришло не так и много, решили отбить угоняемое стадо. Отряд ландскнехтов и вооружённые бюргеры с громким криком выбежали из распахнувшихся ворот и бросились в атаку на сразу же побежавших к лесу поместных. Вот только преследуя убегающего противника, вольмарцы слишком далеко отбежали от родных стен и когда русские, закончив отступать, развернулись и набросились на них, оказалось, что сил обороняться в поле у выбежавших нет, а отступать далеко и поздно. В результате простого обманного манёвра русские смогли не только угнать городское стадо, которым потом кормили осаждающую армию, но и повязать большое количество тех, кто очень бы пригодился на стенах.
А через сутки к городу подтянулись и главные силы. Поскольку взять город с налёта не получилось, то войско принялось привычно зорить окрестности и неспешно готовиться к осаде. Неспешно, потому как "большой наряд" подтянулся и вовсе лишь к понедельнику, но князь Бельский никуда не спешил и выговаривать пушкарям за отставание не стал.
А серьёзные осадные работы начались и вовсе к среде. Вольмар (или как его звали на Руси Владимирец-Ливонский), как и все ливонские крепости, был с точки зрения фортификации безнадёжно устаревшим. Хотя замок и стоял на возвышенности и с трёх сторон был окружён водой, однако небольшие его размеры вкупе с небольшой же толщиной стен не могли служить надёжной защитой для укрывшихся в нем людей. Да, небольшим отрядам, не имеющим хорошей артиллерии, Вольмар, конечно, был не по зубам, но только не царскому войску с "большим нарядом".
Так что пока мелкие отряды помещиков и детей боярских, рассыпавшись по округе, занимались своим привычным делом, главные силы приступили к окружению города, установке древо-земляных укреплений и правильной расстановке орудий. Работа у набивших руку за прошлую войну воинов спорилась и уже через день первые пушки изрыгнули в сторону города первые "подарки". И спустя какое-то время за стенами занялись первые пожары, которые, впрочем, пока что горожанам удавалось вовремя затушить.
Зато под рёв царской артиллерии стрельцы, поместные и казаки постепенно придвигались к самому рву, прикрывавшему подступы к городу с западной стороны, используя для прикрытия от пуль и стрел изготовленные в ближайшем лесочке туры. А придвинувшись, стали постреливать в ответ, и вскоре отучили вольмарцев надолго высовываться из-за укрытий.
Впрочем, долго терпеть обстрел и пожары вольмарцам не пришлось. Спустя каких-то три дня непрерывной работы наряда западная замковая стена была срыта до основания, открыв дорогу для штурма. Дело оставалось за малым: завалить полуосыпавшийся ров фашинами и, перебив немногих оставшихся боеспособными защитников, ворваться через пробитую брешь в город, предав его огню и мечу.