Но лишь когда шестой их товарищ с воплем повалился на мостовую, до бандитов, наконец, дошло, что здесь им ничего не выгорит, и они попытались спастись привычным для них способом — бегством. Однако брошенный князем в догонку нож удачно пропорол бедро одного из убегающих и тот, оглашая улицу благим кастильским матом, рухнул на мостовую со всего маха.
— Подобрать! — велел Андрей, воровато оглядываясь.
Вот-вот на шум борьбы должны были прибежать стражники, а тут его люди раненого тащат. Что такого, спросите вы? А то, что в Испании закон и обычай запрещали частным лицам поднимать умирающих или мертвых на улице. На этом, кстати, сам Сервантес погорел, угодив на старости лет в тюрьму. А русскому послу зачем такие сложности? Зато знать, что это было — хотелось. Трое вооружённых людей явно не та цель, на которую пойдёт обычная шпана с целью ограбить. Но вот конкретно эти-то дурачки позарились! Так что стоило хорошенько порасспрашивать "пленного", пока на то есть время.
Бандит оказался вовсе не так стоек, как Андрей боялся, и выложил всё, что знал, едва с него стянули штаны и приложили острое лезвие к причиндалам. Вот только знал он весьма и весьма мало. Лишь одно князь понял точно: ребятушек наняли конкретно под него, дав задание отделать дубинками потяжелее. Вплоть до летального исхода. И вот кто у нас такой обиженный в испанской столице объявился? Да, в принципе, много кто. Интриганы при дворе за провал с нападением на дона Селестино де Рекехо и Рикона, обиженные воздыхатели доньи Хуаны или тот же пан Дантышек. Однако над этим стоило подумать в более тихой обстановке, а то из-за угла уже доносился грохот снаряжения бегущих стражников. Вот и как они, так шумя, надеются кого-то изловить?
Быстренько добив бандита (чай времена на улице простые!), русские поспешили исчезнуть из переулка, оставив после себя лишь лужи крови и трупы. Пусть теперь у стражников голова болит. Впрочем, вряд ли эти ребята будут сильно напрягаться. Мертвецов они явно узнают, так что просто порадуются за уменьшение бандитской братии, да быстренько отдадут тела туда, куда там у них положено.
А едва они удалились на приличное расстояние, от ниши в стене отделилась ещё одна тень, и со всех ног бросилась на утёк, так как стража уже выбежала из-за поворота. Увидав бегущего, они радостно бросились в погоню, но человечек оказался куда проворней их, да и город знал видимо получше, так что скрыться ему от преследования вскоре удалось.
Убедившись, что преследователи точно отстали, он позволил себе немного отдышаться, и только потом зашагал по известному лишь ему адресу, где его наниматель нетерпеливо ждал отчёт о произошедшем. Вот только, к сожалению, порадовать того было явно нечем.
"Что же, этого следовало ожидать", — зло скривился Ян Дантышек, когда человек, что так ловко ускользнул от вальядолидской стражи, окончил свой пересказ о случившемся инциденте. — "За этого схизматика заступается сам дьявол".
А ведь так всё хорошо складывалось! Узнав об интрижке с юной доньей, Ян быстро сообразил, что на такие дела с большим сопровождением не ходят. Правда и надеяться, что князь будет бегать на свидания один он тоже не стал. Но человек десять с дубинками могут решить любое дело, главное — хорошо заплатить. И он не поскупился, но эти кастильские олухи провалили даже такое простое задание!
— Эти схизматики, надо признать, отменно владеют клинками, — словно в оправдание произнёс человек. — Да и парни явно не рассчитывали, что рубить их будут и слуги. Обычно ведь у них ничего, кроме факела или той же дубинки не бывает. А тут, судя по их умению, это даже не слуги, а воины, причём хорошие воины. Боюсь, что здесь понадобится бретёр, а не дубинщик.
— Хорошо, я понял тебя, — устало махнул рукой польский посол, отпуская наблюдателя. Он уже смирился с тем, что эта партия им проиграна. Но вот сама игра ещё далеко не окончена. Пока в Вальядолиде идут переговоры, Франциск I уже перешёл через Альпы и занял столь вожделенный Карлом Милан. И если французский король сумеет разбить армию Карла, то тому ничего не останется, как просить помощи у новоявленного союзника, которую Василий вряд ли захочет оказать. И вот тогда, разыграв эту карту, он, Дантышек, находясь при дворе императора, сможет добиться разрыва наметившегося сближения, а там и об императорском титуле можно будет вновь поднять вопрос. Да и перед польской короной откроются достаточно радужные перспективы. Так что теперь в его интересах было чтобы русское посольство отбыло из Испании как можно скорее, до того, как свершится решающая битва.