— Так ведь уже конец марта, сеньор? — опять удивился франк, но тут же, увидев злой взгляд русича, пустился в объяснения: — Индийская Армада или вот-вот выйдет, или уже вышла из Лиссабона и самое время идти перехватывать её у Кабо-Верде, так как Канары заняты злейшими соперниками португальцев — испанцами, и туда они зайдут только в экстренном случае. А Армада, идущая обратно, сейчас неспешно движется где-то у южной оконечности Африки, или вовсе ещё в Индии. Хотя, конечно, здесь можно встретить тех, кто идёт в Мали, но груз их не дорог, да и более вероятней встретить корабли береговой охраны, которые не любят никого, над кем не висит флаг короля Португалии. А Кабо-Верде хороши тем, что там не только проходят все Армады, но и устье реки, где малийцы торгуют с португальцами, недалеко.
— Смотрю, хорошо те воды знаешь, — усмехнулся Лонгин.
— Не один год там бывал, — спокойно ответил француз.
— Что же, давай посмотрим, где эти твои острова.
И каравеллы, заложив для очистки совести ещё один круг от мыса Сан-Винсенте до залива Сетубал и обратно, двинулись прямиком на юг, в те воды, где ещё не бывал ни один русский мореход…
Всё же плавание в тропиках то ещё удовольствие. Вроде и ветер дует, и море кругом плещет, а жара стоит такая, словно в бане. Корпус за день пропекается насквозь, в пазах даже смола пузыриться начинает, а спать в душных кубриках нет никакой возможности. Оттого отдыхающие норовят всё больше на верхней палубе прилечь. Да только каравеллы — это не огромный океанский лайнер и мест наверху не всем хватало. В офицерских каютах микроклимат был тоже не ахти, но там хоть можно было приоткрыть окна и к ночи внутри становилось более-менее терпимо.
Однако жара донимала не только людей. В бочках, не смотря на все ухищрения, тухла вода, а в кладовых портилась провизия. И Лонгин уже с тревогой выслушивал отчёты своего помощника, гадая, хватит ли оставшихся запасов до ближайшей земли. И лишь француз был спокоен, утверждая, что русские зря беспокоятся. И оказался прав. Легкие облачка островов на горизонте появились задолго до того, как испортилась вся вода и протухла вся провизия.
Архипелаг Кабо-Верде оказался довольно большим. А благодаря высоким горам, виден был достаточно издалека. Что позволяло каперам, даже промахнувшись из-за слабости навигационных приборов, вовремя подкорректировать свой курс. Земля посреди океана обещала отдых экипажу, ведь, несмотря на то, что острова были заселены уже полвека назад, и португальская корона делала всё, чтобы привлечь на них побольше переселенцев, часть из островов всё ещё пустовала. И одним из таких безлюдных кусков земли был и остров Льяна.
Самый "плоский" из всех островов, он не мог похвастаться буйной растительностью и плодородной почвой, и использовался местными жителями лишь для выпаса скота, поскольку недостаток в естественном водоснабжении препятствовал его заселению. Зато как место стоянки таких вот "ловцов удачи" он подходил очень даже хорошо. Источники воды, чтобы пополнить запасы, на нём всё же имелись (да и те же португальцы постарались, пробив несколько колодцев), а море у берегов буквально кишело разнообразием своих даров. Кого тут только не было — тунец, морской окунь, рыба-пила, осьминоги, лангусты и даже киты. Мясо же и вовсе самостоятельно бродило по острову: знай, хватай да режь! Ведь пастухи отнюдь не та сила, что сможет противостоять воинам. А постоянно дующий над островом ветер помогал людям хорошо переносить летнюю жару, особенно спрятавшись под тенью навеса, так что отдых для команды получился действительно отдыхом. Люди купались в тёплом море, загорали на белых песчаных пляжах, отъедались свежим мясом, рыбой и фруктами (что смогли найти на этом довольно сухом островке). Не забывали и про корабли. Пользуясь советами француза, первую каравеллу подтащили ближе к берегу, выгрузили с неё пушки и во время прилива подтащили ещё как можно ближе к берегу, на отмель.
Когда же начался отлив корабль с помощью блоков и канатов завалили на бок, и взору мореходов предстало днище корабля, покрытое разнообразной живностью. Такого русичи ещё не видели, ведь в малосолёной Балтике суда практически не обрастали, и уж тем более это было не так быстро, как в этих водах. А как сказал француз, из-за этих наростов их корабли, бывало, просто не могли догнать жертву, у которой днище было более чистым, или уйти от погони. Ну а поскольку во главу тактики князь всегда ставил скорость и манёвр, то Лонгин, как прилежный ученик, не мог не обеспокоиться и решил посмотреть, что там у него творится. Увиденное мало порадовало кормщика и по его команде все экипажи рьяно принялись за очистку и ремонт подводной части.