Гадая, он с ненавистью смотрел вслед уходящим разбойникам, ведущим под узцы всех животных. Ибо только это и мог он делать, так как стрелки так и продолжали целить в его грудь. Но вот и они поспешили покинуть место схватки, оставив истекающего кровью дона Дуарте на милость судьбы.
Он не помнил, как добрался до дороги, не помнил, кто помог ему и помогал ли вообще, и очнулся только в собственном поместье с тяжкой мыслью о кредите, ведь вину перед королём он ещё не искупил. Но кто? Кто же был тот враг, что так подло подставил его тогда, когда он уже думал, что спасся? Нет, он будет не он, если не найдёт своего виновника, и не пустит ему кровь...
Вот только даже в самых смелых мыслях дон Дуарте не мог и близко приблизиться к правде. А заключалась она в том, что про приключения губернатора-арестанта Андрей был наслышан ещё в том своём времени. И как всегда благодаря попаданческим сайтам. Ведь чего на них только не найдёшь! Вот и рассказ про ограбление ди Менезиша бедным попаданцем (ради благих намерений, конечно же) он тоже отыскал в сети. Рассказ ему тогда понравился, так как в принципе ничего невозможного в нём не было: зная время и место, нужно было только оказаться там вовремя да с парой помощников, ну и быть готовым преступить библейскую заповедь "не убий".
Вот только вспомнил он об этом слишком поздно, когда Лонгин уже ушёл в свой поход, и сильно сокрушался по такой упущенной выгоде. Однако позже, прикинув время прибытия Индийских армад (а на муссоны действия попаданца ну просто никак повлиять не могли), он решил, что овчинка стоит выделки, и оставил-таки своему капитану более менее подробную инструкцию, после чего со спокойной совестью и отплыл в Нидерланды.
А Лонгин, который теперь тоже многое знал об Армадах, как уже было сказано выше, решительно взялся за дело.
Прибыв на место, он быстро оценил обстановку и понял, что с наскока тут ничего не решить. И поэтому придумал свой план, для реализации которого ему потребовались местные рыбаки, которых вокруг было видимо-невидимо. Правда, несколько первых лодок пришлось всё же потопить, прежде чем им попалась та, что отвечала всем требованиям.
Рыболовство вот уже пару столетий приносило семье Пинто вполне достаточный доход, чтобы жить в своём доме и не сильно голодать. Так что старик Зе, его сыновья и внуки каждую службу просили бога о хорошем улове и спокойном море, ведь шторм или встреча с разбойниками могла основательно подорвать их экономическую стабильность. И вот на тебе, собрав обильный улов, они попали как кур в ощип, в руки морских головорезов. Правда, ни убивать, ни сажать на рабскую цепь их сразу не стали, а бросили возле грот-мачты, и лишь старика Зе повели на ют, видимо к капитану. Старый рыбак был готов ко всему, но и он всё же удивился, когда ему предложили просто помочь пану капитану, и тогда все его родичи и судёнышко будут отпущены на волю. Слово шляхтича!
Да и делать-то практически ничего не надо. Всего лишь узнать о прибытии судна из Индии да вовремя сообщить о том. А сыновья и внуки пока что побудут гостями у пана капитана.
Португалец оказался вполне сообразительным и договороспособным мужчиной, хотя для страховки к нему и приставили пару парней, говорящих между собой на чудном языке. Увы, но новости, привезённые им на следующее утро, были безрадостные: ещё никто из Армады не приходил в порт. Так что пришлось старинушке на некоторое время приютить у себя в домике незваных гостей, да ещё и с женской половиной семьи провести обстоятельную беседу.
На их счастье "Сан Хорхе" бросил якорь на рейде Сезимбры спустя всего неделю, и всё равно напряжение в доме Пинто накалилось до предела. Так что в ночь гости уходили с большим облегчением. Вот только их надеждам не суждено было сбыться. Господин арестант предпочёл съехать на берег без поклажи, видимо выяснить в родном поместье, как обстоят его дела. Так что разочарование семьи Пинто, когда к утру "гости" вернулись обратно, можно и не описывать.
Однако на следующий вечер они ушли уже навсегда, а утром в дом вернулись не раз уже оплаканные мужчины, а вместе с ними и радость. Но ненадолго. Вскоре люди дона Менезиша схватили Зе Пинто и его старшего сына прямо на улице и утащили в дом аристократа, где раненный дон Дуарте внимательно выслушал их историю и велел отпустить, всыпав для вразумления на конюшне. А сам же остался лежать в полной прострации, гадая, с кем чёртовы поляки связаны при португальском дворе. Да и поляки ли это были?