Строительство закончилось к концу пятнадцатого века, и практически сразу крепость была испытана на прочность русскими войсками, показав свою состоятельность.
Так что задача перед Андреем стояла воистину сложнейшая.
Плыть по Сайме одно удовольствие: вокруг красивейшее, все в островах рыбное озеро, на котором не нужно пихаться шестами в дно, проходя бурные стремнины, а можно просто грести, а то и поднять паруса и скользить по водной глади, давая отдых натруженным мышцам. Но бурлила, играла в Андрее пиратская жилка. Торговля между провинциями, какая-никакая, а шла, и велась она всё больше водою. А там, у Олафсборга, давно обосновался этакий перевалочный пункт, и всяко пара-тройка речных судёнышек стояла у деревянных вымолов. Да и сам городок хоть и готовился к приходу чужих (слухи-то давно до тех мест долетели), но вряд ли ещё опустел. А это ведь и хабар и полон – всё, что так любят поместные. Так что, не утерпев, он пересадил со стругов и насадов на легкие ушкуи большую часть поместных бойцов, и резво рванул вперёд.
К Нейшлоту подходили безлунной ночью, обернув весла тряпками, в глубокой тишине. Городок спал, окутанный поднявшимся с воды туманом. Спали и суда, стоявшие на привязи, редко где пылал смолистый факел, да порою ночную тишину нарушали криком перекликавшиеся сторожевые. Очень осторожно опуская вёсла в воду, что бы ни плеснулось, ушкуи медленно скользили где-то между небом и водой. Молочная пелена окружала всё вокруг, а предметы, выплывающие из тумана, обретали сказочную нереальную форму.
Подойдя ближе к берегу, воеводы разделились. Один – Заболоцкий – должен был высадиться с большей частью воинов чуть в стороне от вымолов и атаковать не их, а сам городок, и уже там – хватать полон и резать всех, кто попробует сопротивляться или побежит спасаться к крепости. А второй – Андрей – взял на себя купеческие посудины, которые действительно имелись в местном порту.
К первому большому речному судну, стоявшему в стороне от других, приблизились в полной тишине, такой, что было даже слышно, как изредка кое-где плескала своим хвостом гулящая рыбёшка. Когда же ушкуй буквально притерся к чужому борту, на купца один за другим стали молчаливо запрыгивать тёмные фигуры. Вот глухо булькнуло сброшенное в воду тело неудачника-сторожевого, успевшего таки вскрикнуть и разбудить или насторожить мучившегося бессонницей товарища. Только это уже не помогло, налетевшие грабители не дали никому времени, чтобы опомнится. Холодная сталь быстро пресекала все попытки сопротивления, но в основном просто вязали так и не очухавшихся спросонья пленных. На диво операция шла гладко: всё еще не было ни шума, ни заполошного крика, на судах орудовали беззвучно, только изредка вспыхивал сдавленный и тут же оборванный вопль да тяжко шлепались в воду мертвые тела.
А поскольку купеческих посудин у небольшого поселения скопилось немного, то и закончили с ними быстро. Так быстро, что когда с берега долетело матерное: "А-а-а-а-а!", андреевы молодцы уже практически покончили со своей задачей, а потому не отказались присоединится к весёлой потехе "грабь чужого"…
Светало. Весь забрызганный чужой кровью, Семён Заболоцкий, пошатываясь от усталости, вышел на вымол, где вовсю уже хозяйничал Андрей, радостно подсчитывавший доставшуюся добычу. Земля финская, конечно не золотое Эльдорадо, но при правильном подходе её дары были вполне себе ценны.
– Ай, и славно поработали, княже, – радостно осклабился Заболоцкий, с удовольствием подставляя руки под струю воды, которую сливал из ведра молоденький парнишка, возможно впервые вышедший в поход. – Оказывается, они нас хоть и ждали, но не так быстро, а потому и не успели многого упрятать. А всё же жаль: я ведь надеялся, что из крепости выйдут городок спасать.
– Ну-ну. И что бы это нам дало? Моста между берегом и крепостью нет, так что даже если б и вышли, то на плечах отступающих всё одно в ту крепость не ворваться. Так что не грусти, воевода, будем мы ещё в тамошних хоромах пировать. А вот блокаду крепости начинать уже пора.
– Ну, пора так пора, – согласился Заболоцкий. – Пойду, баньку себе сподоблю, а то глянуть страшно.
– Банька это хорошо. Справляй ту, что поболя будет. Думаю, никто из воевод от хорошего парка не откажется.