Сам осмотр князем "достопримечательностей" Пиллау продлился недолго и показал, что поселение до сих пор не сильно отошло от деревни, хотя и стало разрастаться. Но до известного ему Балтийска было ещё очень далеко. Волею судьбы он оказался в самом начале его истории. Заглянув напоследок в местную харчевню и отведав неплохо приготовленные дары моря с местным пивом, Андрей вернулся на корабль, а утром караван снялся с якорей и спустя несколько часов вошёл в устье Преголи, чтобы ошвартоваться у причалов Кнайпхофа.
Разумеется, прибытие столь внушительного конвоя не осталось без внимания горожан. Давненько в город не захаживали корабли с Балтики, и гавань его была практически пуста, если не считать корабли с тех городов, что находились на побережье самого залива. А ведь в городе скопилось достаточное количество товаров и цены на многие безбожно упали. Так что русские торговцы попали в нужное место в нужное время.
Летнее солнце стояло высоко над головой, и в городе было очень жарко. Людей одолевали духота, пыль и насекомые. А так же тревога, ведь польская армия стояла чуть ли не под стенами орденской столицы, и поляки смогли обстрелять даже островной Кнайпхов, нанеся этой части Кенигсберга приличные разрушения. Андрей, стоя на юте "Богатыря", с интересом разглядывал стены не сохранившегося замка и заполненную чуть больше, чем на половину причальную стенку. Однако жизнь в порту из-за блокады вовсе не замерла. Несколько коггов выгружали свой нехитрый товар. Барки и лодки под парусом и на веслах сновали по реке. По гладким доскам набережной катили груженые телеги. Грузчики волокли на себе тюки и ящики, с грохотом катили бочки, ржали лошади, протяжно скрипели колеса повозок. И всюду громоздились тюки и бочки.
На русских кораблях тоже началась суета, до которой Андрею не было никакого дела. Сейчас пришло время купцов и приказчиков. Его же задачей было встретиться с Шонбергом. Для чего посланец князя уже убежал в город. И, как ни странно, вернулся пару часов спустя с приглашением, чем Андрей не преминул и воспользоваться.
На этот раз Шонберг не был похож на жизнерадостного ловеласа, как тогда, в замке Лабиау. Печать забот и тревог лежала на его лице. Однако с гостем он был приветлив.
– Рад, что вы всё-таки нашли время и, главное, смогли застать меня дома. Увы, война требует своё.
– Знаю. Но такова участь любого знатного человека.
– Да. Но я рад, что вы смогли прорвать эту чёртову блокаду и дать Ордену возможность вздохнуть.
– Ну, об этом я тоже хотел бы поговорить, – вино, которым угощал его немец, было просто великолепным. К тому же оно было прохладным, что в такую жару было ещё более важно. – Нам не стоит долго задерживаться, ведь когда поляки подгонят сюда с десяток, а то и больше посудин, боюсь, шансов у меня будет не так много.
– Это понятно. Эх, где те времена, когда флот святой девы Марии был силой, с которой считались все?
– Возможно, это время ещё наступит.
– Да, время. Жаль, что ваш государь не желает дать Ордену денег. О, не надо, – взмахнул он рукой, словно останавливая возможные возражения. – Я понимаю, почему. И от этого становится только хуже. Но продажа наших товаров позволит хоть как-то свести концы с концами.
– Но у меня есть ещё более интересное предложение, – усмехнувшись, сказал Андрей, глядя прямо в ставшие сразу серьёзными глаза Дитриха. – В условиях блокады балтийский янтарь осел в казне магистра. Он, конечно, дорог, но им кнехтам не заплатишь. Зато я готов выкупить его по приемлемым ценам и оплатить покупку полновесными любекскими марками.
Услыхав предложение, Шонберг просто застыл, а Андрей только вновь усмехнулся. Хорошо, всё же, знать будущее. Многие польские историки писали о достаточно прочной блокаде Ордена с моря, а это значило, что второй по доходности товар тевтонцев не сможет легко покинуть его пределы. Нет, вряд ли гданьчане грабили тех же голландцев, хотя эти, судя по прошлой войне, вполне могли. Но, всё же, он сильно надеялся, что основной процент добытого камня тевтонцы просто не смогли вывезти и он лежал у них мёртвым грузом. Палангская авантюра хорошо показала, как на этом куске смолы можно хорошо заработать и Андрей был не прочь погреть на этом руки ещё раз. А заодно подкинуть хоть сколько-то деньжат рыцарям и тогда, глядишь, осада того же Гданьска будет не столь скоротечной. Взять, скорей всего, не возьмут, но нервы Сигизмунду потреплют изрядно. А это уже и Руси будет выгодно. А потому ещё в прошлом году Сильвестру был дан наказ обменять сколь можно большую часть товара на звонкое серебро. И бывший студент с этим неплохо справился. Да, вернуть эти деньги удастся не скоро, ведь слишком большой выброс янтаря на турецкий рынок может и цены обрушить, но и доходность от такой операции будет куда как выше. Ну а потери? А что потери. Он ещё в прошлом году понял, что больших доходов ныне не получит и придётся влезать в Стабфонд, тьфу ты, в кубышку с отложенным на чёрный день. Но это того, вроде бы, стоило.