В результате, когда осенный жёлтый лист тонким покрывалом начал укутывать землю, от причалов Нижнего Новгорода отошла очередная судовая рать. Князья-воеводы, получив прямой приказ, трезво оценили сложившуюся обстановку и донесения лазутчиков, и свой удар решили нанести не как обычно, от границы, а из глубины черемисских земель, со стороны Чебоксар. Для чего князь Стригин Ряполовский с большей частью войска и отправился в плавание вниз по течению.
И уже оттуда, пощадя земли союзных Руси князьков, горящие жаждой мщения за волжский погром русские отряды разлетелись по окрестностям, сжигая поволжские села, убивая и полоня семьи черемисов и чувашей. Лишь в некоторых местах им пытались оказать сопротивление, но силы были явно не равны. Горько отлилась Горной стороне блестящая победа ханских войск.
Зато разгром русского флота позволил казанскому войску значительно усилить свои силы за счёт доставшихся ему трофеев. Только захваченных пушек привезли почти два десятка. Правда, подавляющее большинство из них были небольшими одно и трёхфунтовыми мелкашками, но были среди них и вполне пригодные для осады экземпляры. Плюс порох и чугунные ядра, что имели куда большую пробиваемость чем каменные, используемые казанцами до сей поры. Ну и психологический фактор от показа пленных, что шли им в помощь, а теперь пополнят собой рабские загоны, не стоит списывать со счетов.
В общем, к новому штурму хан подготовился весьма солидно и когда одна из стен, не выдержав артиллерийского надругательства, всё же рухнула, мало кто уже сомневался в окончательной победе ханских войск.
Повинуясь звукам труб, многочисленные потоки татар бросились к крепости одновременно со всех сторон. В проломе вспыхнула яростная сеча, но не там был главный удар! Большая часть воинов оказалась как раз на лестницах, что облепили стены частым гребнем. Один за другим, богатуры проникали на стену, и не было уже у воеводы сил, чтобы купировать эти прорывы. Часы крепости были сочтены.
К вечеру Сагиб-Гирей и его тринадцатилетний племянник Сафа-Гирей въехали в опустошённую цитадель. Всюду, вдоль реки, на скатах крепостных валов и на улицах, валялись уже раздетые трупы защитников и стоял своеобразный смрад смерти. Юный Сафа-Гирей морщил нос и имел довольно бледный вид, однако дядя был непреклонен.
– Это тебе не в медресе оды про войну читать. Настоящая война вот именно такая: кровь, грязь и вонища. Но это необходимо, если мы хотим вернуть Юрт Отцов, а не погибнуть в бесславии. В конце концов, эта земля – земля ханства и не дело, коли на ней стоят чужие крепости.
– Значит, теперь мы пойдём дальше?
– Увы, нет, теперь мы пойдём назад. Ведь войску нужно отдохнуть и приготовиться к новому походу. К тому же выше по реке урусы успели укрепить гарнизоны, а вот крепость в устье Свияги не получила ничего, зато много потратила зимой. До осени мы измотаем их летучими отрядами, а как только встанет лёд, вновь соберём армию и навсегда сроем этот чирей с нашей земли. И урусам придётся ходить под стены Казани по-старинке.
– Тогда зачем ты послал послов?
– Чтобы отвлечь Василия от большой войны с нами, пока Муххамед не расправится с астраханскими изменниками, а наши воины не отдохнут.
Сафа-Гирей понятливо закивал головой.
А спустя несколько недель победоносное казанское войско вернулось в столицу ханства. Поход завершился удачно. В цепочке русских крепостей возник значительный разрыв, а о подвигах его багатуров уже слагали новые песни. Но так получилось, что в очередной раз ханство не смогло защитить своих подданных: горных черемисов, мордву и чувашей, отдав их на растерзание русских летучих отрядов. И глядя на это, в головы многих старейшин закралась крамольная мысль: возможно, чтобы выжить, им пора поменять покровителя?