После похождений в других отделениях, я возвращался в приёмное, под крыло моего учителя — Герасимова Анатолия Фёдоровича. Порой приходилось от него получать по ушам, но я даже перестал обижаться, потому что он всегда говорил по делу. С каждым днём я всё реже давал ему повод для нелестных высказываний, такими темпами ему скоро вообще не в чем будет меня упрекнуть.
Вот и в эту пятницу я снова вернулся в приёмное из инфекционного отделения, где с помощью магии я смог победить довольно зловредный патоген у нескольких пациентов. Уже понял, что именно в это время начинают привозить раненных монстрами и поражённых энергией Аномалии бойцов и искателей приключений. В этот раз привезли не так много, как в прошлый, но бросалась в глаза степень поражения негативом и серьёзность травм.
Возникал вопрос, как они вообще умудрились добраться до госпиталя живыми? Скорее всего, без помощи военных не обошлось.
— Так, Ваня, не спим! Взбодрись! — покрикивал на эмоциях Герасимов, который как пчёлка от цветка к цветку, перепархивал от пациента к пациенту. — Этих двух очистить от негативной энергии, пока они тут коньки не отбросили, и сразу доложить мне!
Он указал на сидевшую на полу у стенки пару бойцов. Выглядели они крайне неважно: лица бледно-серые, глаза закатываются, руки и ноги безвольно раскиданы. Скорее всего, когда усаживались на это место, были ещё в сознании, теперь же они находились чуть ли не в коме.
Похлопывание по щекам дало нулевой результат, они даже не отреагировали. Отодвинув нижнее веко, я заметил потемнение сосудов конъюнктивы, явный признак начинающейся трансформации.
Я сел на пол между бойцами лицом к стене, положил им ладони на область сердца и начал вытеснять негативную энергию Аномалии своей целительской. Направив правильным образом поток энергии, я сразу на ходу начал медитировать, чтобы моего воздействия хватило на большее время. Через некоторое время приостановил вливание и бегло просканировал своих пациентов.
Негатив поддавался, но очень медленно и неохотно, так как часть энергии тут же уходила на восстановление нормальной структуры тканей. Настолько сильное поражение я вижу впервые. До этого уже видел начинающуюся трансформацию, но она была избирательной, а здесь это происходило диффузно, бессистемно, практически везде. Энергии оставалось чуть больше половины, и я продолжил воздействие.
— Ты живой там? — как сквозь вату прозвучал голос моего наставника, когда я уже заканчивал исцеление выданных мне пациентов.
— Пока живой, — кивнул я, открывая глаза, — но они слишком сильно заражены. Я бы их перевёл в реанимацию.
— Какая, к чёрту, реанимация⁈ — рыкнул Герасимов. — У нас тут таких две дюжины, в реанимации мест столько нет. Давай я доделаю, а ты медитируй и берись за следующих. Точнее, за следующего, бери по одному, два таких увесистых для тебя оказалось слишком тяжело.
— Хорошо, — безучастно произнёс я и отошёл в угол, где снова сел на пол и ушёл в медитацию.
Если на этом как следует сконцентрироваться, то можно ускорить процесс восстановления энергии до нужного уровня, то есть до полного. Минут через пять или чуть больше я был готов снова приступить к делу.
Я встал и отыскал взглядом Герасимова, он легко контролирует ситуацию в таких объёмах и знает всё про каждого из поступивших. Встретившись со мной взглядом, Анатолий Фёдорович всё понял и ткнул пальцем в следующего бойца.
Я обошёл нескольких раненых и подошёл к новому пациенту, который находился примерно в таком же состоянии, как те двое. Их, кстати, нигде не было. Или отвезли в палату, или Герасимов их исцелил настолько, что они смогли уйти. Мой следующий пациент лежал на носилках, которые стояли на полу. Для удобства я сел рядом и приступил.
Работать с одним пациентом оказалось чувствительно легче. Вытесняя из его организма негативную энергию Аномалии, я умудрялся ещё и сканировать попутно происходящие изменения.
То, что я увидел в самом начале, меня реально испугало. Его мягкие ткани и даже кости начали изменяться. Кажется, я начал понимать, откуда берутся все эти монстры аномалии. До этого я знал только про призрачных воинов и лучников, теперь понял, что спектр возможных превращений нормальных живых существ в чудовищ гораздо более широк.
У меня уже почти не осталось энергии, когда боец оказался исцелён полностью. Он открыл глаза и начал озираться по сторонам, потом неуверенно поднялся и сел на носилках. Я же снова отправился в угол, чтобы медитировать.
Слышал, как Герасимов требовательно окликнул меня, но я поднял руку, давая понять, что меня не беспокоить. Наставник всё понял и не сказал больше ни слова, в этом плане он был довольно понимающим.