— Вот такие дела, барон, — сказал я, завершив лечение. — Так что ты ещё поживёшь, помучаешься угрызениями совести… хотя, скорее всего, ты не знаешь, что это такое.
Глава 4
Отвернувшись от ставшего мне уже неинтересным Серебрянского — его судьба, по сути, была уже решена, я пошёл посмотреть на других нападавших, пытаясь увидеть знакомые лица. Не скажу, чтобы у меня на них была идеальная память и не всех людей я заносил в нейроинтерфейс, но всё же. В итоге среди них не нашлось никого из тех, кого я видел ранее в окружении князя Салтыкова, когда был у него в замке на дне рождения дочери. Скорее всего, все нападавшие являются наёмниками.
Оглянувшись, я увидел стоявших рядом со мной моих помощников. Их лица были встревоженными. Михаил Анатольевич с удивлением смотрел на кровяные пятна на моём костюме, потом вопросительно посмотрел мне в глаза.
— Всё в порядке, — сказал я ему с улыбкой. — Я же целитель, сам себя вылечил.
— Однако это было ужасно, — сдавленным голосом произнёс мой помощник. — Больше без меня никуда ни ногой. По крайней мере, пока это всё не утрясётся.
— Это может ещё долго не утрястись, — слегка резковато ответил я. — У вас есть сейчас более важное задание, которое, в том числе, призвано помочь завершить это дело.
— Знаю, понимаю, — кивнул Михаил Анатольевич. — Но от своего решения я не откажусь, даже если прикажете меня уволить.
— Спасибо, — сказал я. — Я очень ценю вашу заботу. А теперь идёмте ко мне в кабинет, надо пересмотреть все документы, желательно максимально ускорить этот процесс.
Однако мы не успели покинуть место, где было совершено покушение, как подъехали несколько нарядов полиции. Спасибо, что без включенных сирен, их Евгения обязательно услышала бы, а я не хочу её тревожить.
Командиру группы пришлось рассказать всё по порядку, впрочем, это было недолго. Штатный фотограф сделал несколько снимков моего окровавленного костюма, потом перешёл к лежавшим на земле телам. Дольше задерживаться не было смысла, я объяснил, что у меня очень срочное дело и при необходимости буду готов дать показания в любой момент, потом вместе со своими помощниками ушёл.
Прежде чем засесть в кабинете, я попросил Лидию сварить кофе, а сам тем временем переоделся. Нехорошо решать важные дела в таком ненадлежащем виде.
Михаил Анатольевич и Валерий Павлович тем временем в моём кабинете разложили на столе документы на несколько отдельных стопок, в зависимости от источников. Я уселся за стол, Лидия как раз принесла кофе, и мы приступили.
— Наша первейшая задача, — начал я, обращаясь к помощникам, — выбрать и сложить в отдельную стопку всё, что ведёт мимо Салтыкова. Решать судьбу этих документов будет отец — либо через доверенных людей, либо лично при встрече с императором. Нам же сейчас нужно собрать только то, что свидетельствует против князя. Эту информацию будем немедленно предоставлять официальным имперским службам, параллельно — в военную прокуратуру.
— Зачем такие сложности? — спросил вдруг Михаил Анатольевич.
— Немного странно, что вы задаёте этот вопрос, — улыбнулся я. — Или вы меня проверяете?
— Никоим образом, Ваше Сиятельство, — тут же поспешно и виновато покачал головой Михаил Анатольевич. — В общем и целом я догадываюсь, но хотел услышать от вас, чтобы знать наверняка.
— Если мы сейчас всё это предоставим официально в общий доступ, поднимется слишком много шума, всплывут слишком важные фамилии. Тогда нас здесь закопают вместе с особняком. Так что по поводу всех остальных участников заговора делаем вид, что больше ничего не знаем.
— Всё верно, — кивнул Михаил Анатольевич. — Так будет спокойнее. А Салтыкова надо арестовать как можно быстрее, пока он ещё чего-нибудь не натворил. Поэтому эти документы передадим прямо сейчас.
— Вы вместе с юристом должны составить правильное заявление, — добавил я. — Обязательно перечислить все прикреплённые доказательства, копии которых приложите.
— Вот Павел Андреевич его и составит, — перебил меня Михаил Анатольевич. — Для того он и приехал. Моё дело теперь — вас охранять. Даже ночью буду сидеть за стенкой и держать щит в случае возникновения малейшей опасности.
— Мне кажется, это уже небольшой перебор, — ухмыльнулся я. — Ладно, давайте опустим пока эту тему.
Мы дружно принялись ворошить бумаги, тщательно отбирая всё, что нам нужно. Документы, подтверждающие виновность князя Салтыкова, складывали в отдельную папку. Вскоре я понял, что она уже не закрывается, слишком уж много всего накопилось.
— По-моему, вполне достаточно, — сказал я, когда заполнилась вторая папка. — Работайте пока с этим. Остальное тщательно переберите и разложите по темам. Можете продолжать этим заниматься в отдельном кабинете. Лидия вас отведёт.