Когда мы подоспели к подавшему сигнал отряду, там всё уже затихло. Вокруг валялись несколько Леших и с десяток Игольчатых волков. Маги стояли перед лежавшей на земле фигурой в капюшоне.
— Живой? — спросил старший из магов в нашей группе.
— К сожалению, нет, — ответил один из тех, что стояли возле тела.
— Нельзя было его в ногу молнией ударить? — спросил другой. — Его допросить надо было! А теперь что мы у трупа узнаем?
— Легко сейчас умничать, — угрюмо проговорил один из магов, нашедших менталиста. — А когда на тебя одновременно со всех сторон наваливаются монстры, а этот гад тут же пытается надавить нам на психику и улизнуть, выбора большого нет. И времени на расчёт и прицеливание тоже нет.
— И какая польза теперь от этой охоты? — спросил старший маг, руководитель всей группы, который тоже подошёл на сигнал. — Кто это хоть, не узнали?
— По крайней мере, мы теперь точно знаем, что это человек, а не порождение Аномалии, — ответил старший группы, нашедшей человека в капюшоне. — А вот кто он, ответить намного сложнее, документов у него при себе не имеется.
— Можно подумать, что ты с собой в Аномалию документы таскаешь, — усмехнулся старший отряда магов.
— Не поверите, — сказал тот и вытащил из-за пазухи удостоверение личности. — Всегда с собой, даже в туалет.
— Оригинал, — усмехнулся старший. — Ну что, берите его и несите в лагерь. Ткнём носом Лейхтенбергского, уж теперь-то он должен поверить, что за нами следят.
Нести тело поверженного мага поручили, что неудивительно, бойцам спецназа. Ребята схватили его с разных сторон за плащ и понесли, как на мягких носилках типа волокуш.
Капюшон упал с головы, и я увидел бледное, но вполне человеческое лицо парня лет двадцати. Не ожидал, что маг-менталист, которого все боялись, настолько молодой. Что-то мне подсказывает, что он в своём роде не один. Причём далеко не один.
Глава 22
Мы вернулись в лагерь не с пустыми руками, но без ощущения триумфа. Теперь было наглядное доказательство, что кто-то действует на территории Аномалии совсем по-другому. Этот человек явно не относится ни к военным, ни к охотникам за ресурсами. Вот только рассказать он уже ничего не сможет, что и портило чувство победы, добавляло смачную ложку дёгтя в эту историю.
Фридрих Стефанович вышел навстречу делегации магов, возвращающихся с охоты в сопровождении взвода спецназа. Хоть магией молнии он и не обладал, но из глаз буквально искры сыпались.
— Кто позволил вам здесь вылазки устраивать, когда мы занимаемся столь важным исследованием! — довольно грубо и жёстко обратился он к старшему магу отряда, потом таким же прожигающим взглядом обвёл всех остальных. — В договоре написано предельно ясно, что во время экспедиции вы беспрекословно подчиняетесь мне и без моего ведома не делаете ни одного лишнего шага!
Маг остановился в нескольких метрах от разъярённого руководителя экспедиции, с каменным лицом обернулся и дал знак поднести поближе нашу добычу. Четверо спецназовцев снова подхватили тело неизвестного менталиста за плащ, вынесли вперёд и положили аккурат между старшим магом и Лейхтенбергским.
— Кто это? — нарочито небрежно спросил Фридрих Стефанович, бросив на тело лишь короткий взгляд, словно его хотят какой-то ерундой увести от темы разговора.
— Этот человек передвигался по Аномалии в одиночку, направлял ментальные удары на людей и управлял монстрами, — невозмутимо доложил старший маг. — Точнее, ходил и управлял, пока мы его не поймали. Этого вам достаточно, чтобы понять, какую опасность он и подобные ему представляют для исследователей Аномалии?
— Ты уверен в своих словах, чтобы говорить мне такой бред? — довольно раздражённо спросил герцог.
Ясное дело, поверить в такое с ходу просто невозможно. Я бы и сам не поверил, если бы не столкнулся лично. Даже в родовых архивах почти ничего не было о магах разума.
— Я так часто несу бред в своих докладах? — теперь уже в голосе мага звучало еле сдерживаемое раздражение. — Семён, расскажи, как вы его поймали.
Один из магов, что был в группе, нашедшей парня в плаще, вышел вперёд и коротко рассказал о ментальной атаке, от которой они с трудом защитились и то в основном благодаря барьерщику, как на них бросились монстры, прикрывая его отход, но его всё же удалось достать молнией, благодаря слаженным действиям. Правда, живым взять, к сожалению, не получилось.
Лейхтенбергский теперь вместо безумной ярости олицетворял собой крайнюю озабоченность, видимо, до него дошло в какой ситуации мы могли оказаться. Он присел возле парня и попытался найти на его одежде хоть какие-то знаки отличия и родовой принадлежности. Ничего символичного не оказалось ни на плаще, ни на куртке или рубашке. Никаких документов в карманах.