— Смотри, они уже полностью растворились, — произнесла Евгения, продолжая осторожно перемешивать вяло булькающую жидкость, которая теперь приобрела золотисто-жёлтый цвет.
— Отлично, значит, можно уже не мешать, — ответил я, завершая сборку установки и проверяя надёжность соединений. — Посматривай пока, а я подберу все нужные ингредиенты.
— У меня уже начинает складываться впечатление, — сказала Женя, слегка нахмурившись и искоса глядя на меня, — что ты в лаборатории главный, а я у тебя в помощницах.
— Ну ты же знаешь, что это вовсе не так, — сказал я и одарил её одной из самых обезоруживающих улыбок. — Просто тебе попался хороший и прилежный ученик, который всё запоминает буквально на лету. Поэтому я и не жду твоих указаний, а действую самостоятельно.
— Ну хорошо, — девушка тоже украдкой улыбнулась и продолжила следить за варевом, которое начинало всё больше напоминать расплавленное золото.
Я убедился, что она успокоилась, и продолжил подготовку к синтезу. Содержимое посудины выдавало очень много испарений, быстро уменьшаясь в объёме. Новая вытяжная система с этим справлялась влёгкую, выбрасывая всё это выше крыши госпиталя.
Думая об этом, я вспомнил про горностая. Испарения, выбрасываемые вытяжкой в атмосферу, развеиваются достаточно высоко и не должны никак повлиять на моего питомца. К тому же, если ему что-то не понравится, просто убежит в сторону, он же не на цепи там сидит.
— У меня всё! — оповестила Евгения, снимая посудину с плиты и опуская в таз с холодной водой, который я уже поставил рядом. — И что дальше?
Она спокойно смотрела на меня, но я заметил, как чуть приподнялись уголки губ. Полностью скрыть хитрую улыбку ей не удалось. Снова меня проверяет. Да никаких проблем!
— Теперь продолжай помешивать и сканируй термодатчиком, — спокойно ответил я, словно каждый день это делаю. — Когда температура опустится до двадцати по Цельсию, переливай в стартовую реторту и добавь вот это, — я поставил перед ней три колбы с чётко выверенным количеством реагентов. — На втором этапе надо добавить это и это.
Евгения расставила колбы по местам, чтобы удобно было заливать в нужный момент в установку и не перепутать. Потом снова посмотрела на меня, но уже как-то по-другому. Во взгляде читались сомнения и недоверие. Но не к моей правоте, к другому.
— Мне кажется, что ты от меня что-то скрываешь, — неожиданно холодно произнесла девушка.
— И что, по-твоему, я от тебя скрываю? — удивился я, глядя ей в глаза, которые сейчас превратились в подозрительные щёлочки.
— Ты занимался этим раньше? — так же холодно спросила она. — Признайся честно! Я не люблю, когда меня водят за нос! Ведь ты сказал, что никогда ничего подобного не делал.
— Вот вам и здрасьте! — выдохнул я и развёл руками. — А какой великий смысл мне это скрывать? У нас в семье никто не занимался алхимией, но я раньше читал кое-что, а на практике впервые начал что-то делать именно здесь, в твоём присутствии. Я же говорю тебе, мне просто очень интересно всё это и память у меня хорошая.
Девушка ещё некоторое время мерила меня недоверчивым взглядом, но моё честное лицо возымело эффект. Женя вздохнула и немного расслабилась.
— Ладно, извини, — неохотно произнесла девушка. — Просто я очень не люблю, когда меня обманывают без видимых на то причин.
— Я прекрасно тебя понимаю, — кивнул я, улыбаясь. — Поэтому на тебя не обижаюсь.
— Хорошо, тогда давай продолжим, — сказала Евгения, улыбнувшись одними уголками губ.
Мне показалось, что её подозрительность улетучилась не полностью, словно она хотела бы мне поверить, но ей что-то мешало. Это вполне нормально, что сомнения ещё какое-то время цепляются за твоё сознание, но потом постепенно исчезают, чаще всего бесследно, когда не получают подтверждения в свою пользу.
Мы усердно и дотошно соблюдали технологию процесса возгонки эликсира, с невероятной точностью отмеряли необходимый объём дополнительных компонентов и реагентов. Учитывали даже коэффициент задержки части жидкости в сосуде, основанный на показателях вязкости и поверхностного натяжения.
В результате наших стараний в финишной колбе образовалось нечто странное. Фиолетовая и золотистая жидкости перемешались, но растворяться друг в друге категорически отказывались. Извивающиеся тончайшие прожилки теперь чем-то напоминали внешним видом дамасскую сталь.
— А он точно именно так должен выглядеть? — настороженно спросила Евгения.
— А я почём знаю, — пожал я плечами. — Мы всё сделали, согласно инструкции, подробного описания внешнего вида финальной жидкости там не было. Ну, точнее, было обозначено, что эликсир золотисто-фиолетовый, что я немного иначе себе представлял, как это выглядит. Может, это и имелось в виду?