В самый разгар процесса синтеза в дверь лаборатории очень скромно постучали.
— Костя, заходи! — крикнула Женя, добавляя необходимые ингредиенты промежуточного этапа.
Дверь чуть приоткрылась, там и, правда, был Константин.
— Там раненых охотников из пригорода привезли, — осторожно начал парень.
— Костя, говори чётко, что ты как неродной! — воскликнул я, помогая в этот момент девушке.
— Короче, — сказал он уже громче и шире приоткрыл дверь, теперь стали слышны крики и стоны из приёмного отделения. — Толпа придурков, соскучившаяся по приключениям на свою драгоценную з… В общем, много раненых, помощь нужна.
— Вань, ну ты тогда беги, я никак пока не могу оторваться от процесса, — сказала мне Женя, обведя рукой интенсивно булькающую установку.
— Принял, — сказал я, схватил на всякий случай штатив с эликсирами и быстрым шагом последовал за Костиком в сторону холла приёмного отделения, где трудился один Василий Анатольевич.
— А остальные на улице, там раненых много, — ответил на мой удивлённый взгляд практикант, точнее, санитар по должности, медбрат неофициально и начинающий целитель, но совсем в тени.
— Погнали, — сказал я, вручил ему штатив и отыскал глазами самого тяжелораненого.
Первым я принялся за мужчину лет сорока в изрядно потрёпанных доспехах, левая нога которого была больше похожа на отбивную. Такое впечатление, что её пожевал большой крокодил. От стопы и практически до середины бедра просто живого места не было. Мужчина лишь глухо и хрипло постанывал, чтобы кричать от боли у него просто не было сил. Странно, что он вообще в сознании с такими ранами и не истёк кровью насмерть.
Сначала я достучался до помутнённого от боли сознания пострадавшего и влил ему в рот наркозный эликсир. Потом выхватил у медсестры пару флаконов: один с перекисью, второй с антисептиком, быстро откупорил оба и начал обильно поливать раны, чтобы очистить от грязи и прочего.
Следующий этап — окончательная остановка кровотечения и только потом принялся за раздробленные кости. К моменту, когда я убедился, что ни одной сломанной кости не осталось, мой запас целительной энергии был близок к нулю, как я ни старался её восстанавливать за счёт накопившейся в ранах негативной энергии.
Я начал тут же медитировать, а чтобы не терять времени, занялся орошением обширных ран лечебным эликсиром из специального пульверизатора, что делал до этого только с ожогами. При таких ранах этот способ нанесения тоже хорошо себя показал. Когда мой запас энергии восстановился, раны уже почти зажили, оставалось совсем немного, чтобы довести дело до конца.
— Костя, забирай! — крикнул я парню. — Практикуйся, только не до потери пульса. Если чувствуешь, что проседаешь, то лей эликсир.
— Понял, — кивнул Костик и начал с небольшой оставшейся ранки на внешней поверхности бедра.
А я тем временем двинулся дальше. Двоих обожжённых, я так же оросил из пульверизатора, потом переключился на молодого парня со сломанными рёбрами и большой раной на плече.
Раненый очень часто дышал и тихо постанывал от боли. Дав ему наркозный эликсир, я приступил к сканированию грудной клетки. Одно из сломанных рёбер повредило лёгкое, и у парня развивался клапанный пневмоторакс, значительно затрудняя дыхание. Торчащий в сторону лёгкого отломок ребра я поставил на место и прихватил костной мозолью, затем заживил рану на лёгком.
Прогрессирование пневмоторакса остановлено, теперь надо убрать воздух из плевральной полости.
— Света, неси малый операционный набор и самый большой шприц, — сказал я медсестре. — Троакар не забудь и систему для капельницы!
Девушка молча кивнула и стремглав понеслась в сторону операционной. Можно было бы транспортировать пациента туда, но я лучше пока займусь другими его ранами, да и инструменты ещё могут понадобиться, всё-таки я пока не всё с помощью одной магии в силах сделать. Ну вот дойду до седьмого круга, тогда наверняка про хирургические инструменты можно будет окончательно забыть. Или нет. Видно будет.
Рана на правом плече была достаточно глубокой, словно туда вошёл большой коготь и надорвал дельтовидную мышцу и бицепс. Остановка кровотечения и сращение мышц — в первую очередь. Расходуемую целительную энергию сразу же восстанавливал за счёт трансформируемой на ходу негативной энергии, которой тут было более чем в достатке. Удивительно, как еще ткани изменяться не стали.
Света через пару минут принесла всё необходимое для дренирования пневмоторакса и стояла рядом, ожидая, когда я закончу с плечом. Манипуляцию с троакаром и дренажом мне придётся делать впервые, но тут мне в помощь опыт из прошлой жизни и подсказки нейроинтерфейса, который всегда был мне верным помощником.