Лев осмотрел его, не прикасаясь. Существо не было раздавлено или расчленено. Оно было... пусто. Изъедено изнутри. Словно энергия, питавшая его, была внезапно вычерпана.
Он собирает силы, - промелькнула тревожная мысль. Готовит что-то большое.
Он двинулся дальше, теперь еще более осторожный. Ландшафт менялся. Каменистая почва уступала место вязкой, черной грязи, испещренной пузырящимися лужами с маслянистой, радужной пленкой на поверхности. Воздух звенел от напряжения. И тут его Чутье среагировало на что-то новое. Не багровое, а тускло-желтое, ядовитое. Но не живое. Минерал.
Лев свернул с пути и через несколько минут нашел источник. Из трещины в скале сочилась густая, липкая жидкость цвета темной охры. Она медленно стекала в небольшую природную чашу, образуя густую, смолистую лужу. Взор Землемера определил ее как «Слезы Земли» - высокоминерализованный нефтяной продукт, пропитанный скверной. Яд. Но в его сознании тут же всплыли знания из прошлой жизни. Нефть. Гореть может.
Он обошел лужу, размышляя. Оружие? Западня? Идеи роевились в голове, когда тишину прорезал новый звук. Не вой и не скрежет. Тихий, жалобный стон.
Человеческий стон.
Лев замер, насторожившись. Это могла быть ловушка. Но в голосе была такая неподдельная боль, что он не смог пройти мимо. Достав нож, он бесшумно пополз на звук.
За гребнем каменистой гряды он увидел его. Мужчину. Он лежал ничком у подножия скалы, его одежда - простой холщовый кафтан - была разорвана в клочья и пропитана запекшейся кровью. Одна нога была неестественно вывернута. Рядом валялась самодельная рогатина.
Лев несколько минут наблюдал, проверяя, не приманка ли это. Но вокруг никого не было. Только гниющая земля и ядовитое небо. Он спустился вниз.
При его приближении человек вздрогнул и попытался отползти, забиться в скалу. Его лицо, покрытое грязью и кровью, было искажено страхом.
- Нет... нет... отойди... не трогай... - он бормотал, невидящими глазами глядя куда-то сквозь Льва.
- Я не причиню тебе зла, - тихо сказал Лев, останавливаясь в паре шагов. - Ты ранен. Я могу помочь.
- Помочь? - мужчина хрипло рассмеялся, и смех его перешел в болезненный кашель. - Никто не поможет... Всех забрал... всех... Каменные... они пришли ночью... всех перебили...
Лев нахмурился. Каменные? Одержимые?
- Кто ты? Откуда?
- Из Выселок... - прошептал мужчина, и в его глазах на мгновение проступил рассудок. - Мы... мы прятались... думали, далеко от дороги... подальше от чудища... но они нашли... - Он схватился за голову. - Горит... все горит внутри...
Лев подошел ближе. Теперь он видел не только физические раны. От мужчины исходил тот же багровый отблеск, что и от одержимых, но более слабый, разрозненный. Порча. Она была внутри него, медленно разъедая разум и тело.
Выселки. Значит, в долине были другие люди. Выжившие. И Порченый нашел их.
- Сколько вас было? Где ваше поселение? - настойчиво спросил Лев.
- Никого... никого не осталось... - мужчина замотал головой. - Только я... я убежал... - Вдруг его глаза расширились от ужаса, он уставился на что-то позади Льва. - ОНО! ОНО ИДЕТ!
Лев резко обернулся, сжимая нож. Но позади была лишь пустая долина. Когда он снова посмотрел на мужчину, тот был уже мертв. Его тело содрогнулось в последнем судорожном вздохе, и из открытого рта выполз тонкий ручеек черного дыма, который тут же рассеялся в воздухе.
Лев медленно выпрямился, сжав кулаки. Он был слишком поздно. Но эта смерть дала ему ценную информацию. Порченый не просто создавал армию из глины и камня. Он охотился. Искал живые существа, чтобы... что? Поглощать их энергию? Одержимость?
Он осмотрел тело, но ничего полезного не нашел. Лишь разбитый горшок с горстью несъедобных кореньев. Выселки. Значит, где-то в долине было еще одно поселение. Или было.
Он решил не возвращаться сразу. След вел к этому месту. Нужно было найти эти Выселки. Возможно, там были выжившие. Или ответы.
Он двинулся дальше на восток, в направлении, откуда, судя по следам, прибежал умирающий. С каждым шагом чувство опасности нарастало. Земля под ногами стала влажной и липкой, деревья исчезли полностью, уступив место полям колючего, черного бурьяна, который шипел и отдергивал стебли при его приближении.
И вот, поднявшись на очередной холм, он увидел их.
Выселки.
Это не было поселением. Это было кладбищем. Полдюжины полуразрушенных, обугленных избушек стояли в ряд у подножия холма. Ни заборов, ни частокола. Ничего. Они были беззащитны.