- Значит, там есть что-то, что ему мешает, - мысленно ответил Лев. - Нужно попасть внутрь.
Дождавшись ночи, когда багровое зарево из расселины стало ярче, окрашивая плато в зловещие тона, Лев пошел на риск. Он приказал Старейшему и Молчуну создать отвлекающий маневр на противоположном конце плато. Через несколько минут оттуда донесся грохот и рев - духи обрушили скалу на группу одержимых.
Как он и надеялся, большая часть тварей устремилась к месту хаоса. Лев, воспользовавшись моментом, рванул к башне. Он пересек невидимый барьер и почувствовал странное ощущение - как будто он нырнул в чистую, холодную воду после долгого нахождения в смрадной жаре. Давление скверны исчезло.
Он прижался к шершавой стене башни, отыскал низкий, арочный вход, почти заваленный камнями, и протиснулся внутрь.
Внутри царила темнота, нарушаемая лишь слабым золотистым свечением, исходившим от стен. Воздух был сухим и пыльным, но чистым. Лев обошел круглое помещение первого этажа. Оно было пустым, если не считать груды истлевшего тряпья и сломанной деревянной утвари в углу. В центре комнаты уходила вниз узкая каменная лестница.
Лев осторожно начал спускаться. Лестница вела в подвал. Свечение становилось ярче. И тут его нос уловил новый запах. Сладковатый, тяжелый, знакомый. Запах разложения. Но не животного. Человеческого.
Он вышел в низкое, просторное подземелье. И замер.
Посередине комнаты стоял каменный алтарь. Но не тот, кошмарный, багровый, что он видел в Выселках. Этот был простым, древним, и на нем лежало тело.
Тело женщины.
Она была облачена в истлевшие остатки одежды, когда-то дорогой, расшитой серебром. Ее длинные, седые волосы были растрепаны, а кожа выглядела восковой, почти нетленной. Руки были сложены на груди, а в них она сжимала странный предмет - кристалл размером с кулак, который и источал то самое золотистое свечение.
Но самое ужасное было не в этом. От талии и ниже тело женщины было... поглощено. Темной, живой, пульсирующей массой, которая прорастала из пола и, казалось, медленно пожирала ее. Эта масса была знакомого багрово-черного цвета и тянулась тонкими, похожими на корни щупальцами через все подземелье к стенам, а оттуда, как Лев догадался, уходила вглубь, к самой расселине.
Женщина не была мертва. Ее грусть поднималась и опускалась. Она была в состоянии какого-то ужасного сна. Или транса.
Лев подошел ближе, охваченный одновременно ужасом и жалостью. И в этот момент женщина открыла глаза.
Они были ярко-золотыми, как ее кристалл, и полными нечеловеческой боли и мудрости.
Ты... пришел, - ее голос прозвучал прямо в его голове, слабый, как шелест листьев. Я... так долго ждала... Хранителя.
Лев замер, потрясенный. Голос в его голове был тихим, полным невыразимой усталости, но в нем чувствовалась сила, прошедшая через века.
«Кто ты?» - мысленно спросил он, не в силах оторвать взгляд от ужасного симбиоза живого тела и темной массы.
Имя мое... стерлось из памяти. Когда-то меня звали Веленой. Я была... Стражем. - Ее золотые глаза, казалось, смотрели сквозь него, в далекое прошлое. Мы... хранили Равновесие. Но пришла Жажда... извне. Она нашла слабое место... в нас.
Темная масса у ее ног пульсировала, словно в ответ на ее слова. Лев почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он начинал понимать.
«Порченый... он был одним из вас?»
Он был самым сильным из нас. Дух этой долины. Ее сердце. Ее воля. - В мысленном голосе Велены прозвучала бездонная печаль. Но он возжелал большего. Власти не над землей, а над душами. Он нашел темный ритуал... призвал сущность из-за Предела. Она вошла в него... и изменила. Сначала он скрывал это. Потом... не смог.
Лев смотрел на пульсирующую черную массу. Это не был пришелец. Это был извращенный, больной дух самого места. Объясняло многое. Его власть над землей, его глубокую, интимную связь с долиной.
«А ты? Что с тобой случилось?»
Я попыталась остановить его. Мы все попытались. - Ее взгляд стал отрешенным. Он... поглотил других. А меня... приковал здесь. Я стала якорем. Я и Сердце. - Ее пальцы слабо сжали кристалл. Оно питается мной. Моей жизнью. Моей волей. И через меня... он питает свою тьму. Но пока я жива и держу Сердце... он не может покинуть долину. Не может стать... чем-то большим.
Лев сглотнул. Картина вырисовывалась чудовищная. Велена была одновременно и тюрьмой, и источником силы для Порченого. Живой батареей в его машине тьмы.
«Как его остановить?» - мысленно выдохнул он, чувствуя тяжесть ответственности.
Только одним путем. Нужно... разорвать связь. Убить меня. - В ее мыслях не было страха, лишь горькая решимость. Освободить Сердце. И тогда... тогда он станет уязвим. Ненадолго. Его связь с миром истончится. Но... ты должен будешь дойти до него. До истинного ядра, что скрыто в глубине разлома. И пронзить Сердцем. Оно... очистит его. Или уничтожит. И меня вместе с ним.