Их кони - крепкие, низкорослые, мохнатые лесные лошадки - беспокойно переступали, чувствуя напряжение. Воздух был густ от запаха конского пота, кожи, металла и крови.
Вперед выехал один из всадников, не самый крупный, но с таким властным и пронзительным взглядом серых глаз, что было ясно - командовал отрядом именно он. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по фигуре Льва, задержался на его странной стеганке, на кольчуге незнакомого плетения, на турнирном мече с затупленным концом.
- Ты, - голос у всадника был хриплым, но четким, режущим воздух как лезвие. - Кто таков? Из каких земель? И по какой причине вмешался в княжескую охоту на поганых воров?
Лев собрался с мыслями. Лгать сходу, придумывать сложную легенду было опасно. Правда, во всей ее немыслимости, тоже не была вариантом. Нужна была полуправда. Загадка, которая заставит проявить осторожность и уважение.
- Меня зовут Лютобор, - сказал он, вкладывая в голос всю возможную твердость. Имя родилось на языке само, словно продиктованное инстинктом. - Я... странник. Из далеких краев, что лежат за Великим Морем Теней. Шел своей дорогой, когда наткнулся на эту резню. Позволить негодяям убивать женщин и воинов у меня на глазах - не в моих правилах.
Он видел, как брови командира поползли вверх. «Великое Море Теней» звучало расплывчато и мистично, намекая на нечто большее, чем просто дальние страны.
- Лютобор... - всадник обдумал имя. - Странная одежда. Странное оружие. И странная удача... или умение. Это ты устроил тот обвал на холме? И это дерево... ты его повалил?
- Я использовал то, что предоставил лес, - уклончиво ответил Лев. - Слабый может победить сильного, если мыслит, а не только мечет. Ваши враги были сильны числом, но слабы духом. Падающий камень и треск дерева показались им гневом местных духов. Я лишь... направил этот гнев.
В этот момент из-за спин других всадников выехала та самая девушка-воительница. Она сняла шлем, и по ее плечам рассыпалась густая, темно-русая коса. Лицо ее было бледным от пережитого напряжения, в уголке губ засохла капля крови, но глаза... глаза горели холодным, изучающим огнем. Они были ярко-зелеными, как молодая листва после дождя. В них читалась не благодарность, а скорее настороженное любопытство, смешанное с долей недоверия.
- Он говорит правду, сотник, - ее голос был ниже, чем можно было ожидать, и мелодичным, несмотря на усталость. - Он отвлек их на себя. Без его крика и этого камнепада... нас бы уже не было в живых. - Она прямо посмотрела на Льва. - Ты рисковал своей головой, чужестранец. Почему?
Лев встретил ее взгляд. Он видел в нем не просто воина, но и человека, обладающего волей и умом.
- Потому что одинокий волк легко становится добычей, - сказал он, выбирая слова с тщательностью дипломата. - А стая... стая выживает. Я увидел в вас не просто людей. Я увидел порядок. А там, где есть порядок, есть и сила. Я предпочел встать на сторону силы, пусть и ценой риска.
Сотник хмыкнул, потирая ладонью заросший щетиной подбородок.
- Красиво сказано. «Встать на сторону силы». Мудро для странника. - Он перевел взгляд на девушку. - Что скажешь, Светлана? Он твой долг чести.
Светлана не сводила с Льва глаз. Казалось, она пыталась пронзить его взглядом, разгадать загадку, которую он представлял собой.
- Он сражался на нашей стороне. Он спас мне жизнь. По закону, он заслужил кров, пищу и право представиться моему отцу. - Она сделала небольшую паузу. - Но я буду следить за ним.
Сотник кивнул, видимо, полностью доверяя ее суждению.
- Решено. - Он повернулся к Льву. - Слышал, чужестранец Лютобор? Ты теперь гость дочери воеводы Ратибора. И заложник своей собственной судьбы. Коня ему! - крикнул он одному из дружинников.
Молодой воин, выглядевший не старше двадцати лет, с живыми, любопытными глазами, подвел к Льву низкорослого, но крепкого гнедого коня. Лев кивнул ему в знак благодарности. Годы реконструкции не прошли даром - он уверенно вставил ногу в стремя и легко взобрался в седло. Это движение, знакомое и отработанное, видимо, добавило ему несколько очков в глазах наблюдавших за ним дружинников. Странник, но не беспомощный.
Отряд тронулся, объезжая завал и направляясь обратно к поляне, где теперь их товарищи собирали тела павших и оказывали помощь раненым. Лев ехал рядом со Светланой, чувствуя на себе ее боковой взгляд. Он смотрел по сторонам, впитывая каждую деталь этого незнакомого мира. Воздух был чист и свеж, каким он не бывал в его мире десятилетиями. Лес был гуще, древнее, полным скрытой жизни. Где-то вдали каркала ворона, и этот звук казался зловещим и многозначительным.