- У меня нет выбора, - он принял кубок и сделал большой глоток. Тепло разлилось по желудку. - Они не станут пробивать стены. Они попытаются вывернуть долину наизнанку. Сделать ее чужой. Я должен быть якорем.
- А кто будет твоим якорем? - она подошла ближе. Ее пальцы коснулись его виска, где пульсировала боль. - Ты не можешь тянуть все один.
Ее прикосновение было прохладным и невероятно желанным. Он поймал ее руку и прижал к своей груди, где билось сердце.
- Ты, - прошептал он. - Ты мой якорь в мире людей. Ты напоминаешь мне, за что я сражаюсь.
Он поцеловал ее. На сей раз не в ярости, а в отчаянной потребности в связи, в подтверждении жизни. Она ответила с той же страстью, смешанной с нежностью. На этот раз их любовь была не битвой, а причащением. Медленным, глубоким, почти ритуальным. Они скинули одежду при свете луны, пробивавшемся в сруб, и их тела сливались в тени, как два корня одного дерева. Он входил в нее медленно, чувствуя, как ее тепло обволакивает его, согревая лед в его душе. Она шептала ему на ухо слова ободрения, смешанные со стонами наслаждения, ее ноги обвивались вокруг его поясницы, притягивая его глубже. Это был не просто секс. Это было заклинание. Против тьмы, против одиночества, против надвигающегося хаоса.
После, лежа в обнимку на грубых шкурах, она спросила:
- Что они из себя представляют? Эти духи?
- Я... не знаю точно, - честно признался Лев, гладя ее волосы. - Старик говорил о конях без теней. Я чувствую их как... пустоту. Как голод. Они не злые. Они просто... другие. И они хотят сделать этот мир своим.
- А мы не отдадим, - твердо сказала Светлана, прижимаясь к нему.
- Нет, - согласился он. - Не отдадим.
Через неделю прибыли послы. Не вместе, что было показательно. Сначала появился отряд Кругора - два десятка всадников во главе с самим Глебом и старым Гориславом. Глеб на этот раз выглядел куда сдержаннее, почти подобострастно. Вид возрождающейся долины и аура силы, исходившая от Льва, делали свое дело.
Горислав, как всегда, был краток и деловит.
- Боярин получил ваше сообщение, князь. И сообщение княжны. Он впечатлен... и озабочен. Он предлагает военный союз. Полторы сотни копий, обозы с припасами. В обмен на право свободного прохода через ваши земли и... вашу поддержку в будущем.
Лев понимал, что «поддержка» означала помощь в свержении Ратибора. Он кивнул, откладывая ответ.
На следующий день прибыл посол от самого воеводы. Это был не кто иной как тот самый сотник, что вел обоз и занимал «Укрытие». Его имя было Вышата, и он был ветераном, прошедшим десятки битв. Он привез с собой свиток с личной печатью Ратибора.
- Воевода благодарит за спасение дочери, - сказал Вышата, его жесткое лицо было непроницаемым. - И предлагает союз против любой внешней угрозы. Две сотни дружинников. В обмен на признание его верховной власти и возвращение княжны.
Лев устроил им встречу в главном срубе, усадив за один стол и Глеба с Гориславом, и Вышату. Воздух в помещении стал густым, как смола.
- Угроза реальна, - начал Лев, не вставая. - И она не интересуется нашими распрями. Она сметет и Кругора, и Ратибора, и меня, если мы будем стоять порознь. Я не отдам Светлану. Она здесь по своей воле. И я не признаю верховную власть никого, кроме себя на своей земле. Но я предлагаю вам кое-что более ценное.
Он поднялся и подошел к окну.
- Я предлагаю вам шанс выжить. Объединитесь. Здесь. Со мной. Пришлите мне воинов, но не как хозяева, а как союзники. Я возглавлю оборону. И когда эта буря минует... мы обсудим новые границы.
Глеб вспыхнул.
- Ты предлагаешь моему отцу и воеводе подчиниться тебе?!
- Я предлагаю им проявить мудрость, - холодно парировал Лев. - Я - щит. Без меня вас ждет резня. Вы можете пытаться ударить мне в спину, но, как я и обещал, в этом случае я просто отступлю и пропущу степных духов прямиком в ваши владения. Уверен, они найдут, с кем поговорить.
Вышата мрачно смотрел на Льва.
- Ты шантажируешь нас, князь.
- Нет. Я предлагаю выбор. Объединиться и выжить. Или ссориться и умереть.
Горислав тихо рассмеялся.
- Беспроигрышный вариант. Боярин Кругор... согласен на ваши условия. При условии, что вы возглавите оборону и понесете основные потери.
Вышата после долгой паузы кивнул.
- Воевода... не будет в восторге. Но он согласен. Дружины будут здесь через десять дней.
- Хорошо, - Лев повернулся к ним. - А теперь идите. Мне нужно готовиться к войне.
После их отъезда Светлана нашла его на стене.
- Ты играешь с огнем. Они никогда не простят тебе этого унижения.
- Они будут должны мне жизнь, - ответил Лев. - И это единственная валюта, которую они понимают.