— Что с тобой сегодня такое? — не выдержав, уточнил Харом, недовольно приподнимая бровь.
— Что? — изобразив растерянность, переспросила Милена. — А… повышенная эмоциональность? Прости, это, наверное, от ПМС.
И она, якобы сконфузившись, опустила глаза.
— Да⁈ — изумился Харом, хотя голос его при этом стала мягче и спокойней. — Я думал, женскую проблему давно решили гормонами.
— Я стараюсь их не пить в этих целях. Не слишком полезно для здоровья.
— Логично. О будущем надо думать заранее, — усмехнулся Зубр, в глазах которого явно читалось, что без него будущего у девушки нет.
Все же Милену это не расстроило. Главное — она отвела от себя подозрения, и совсем скоро они увидятся с Рохом, ведь после субботней арены участников обычно приводят на контрольный осмотр — кому антибактериалку уколоть, кому челюсть вправить. Эльфа в этот раз лечить было незачем, однако можно контрольно взять кровь на анализы и проверить, как рассасываются на укусе швы. Всего пять-десять минут — зато только их.
Глава 16
Первой на прием вошла Ирис. Девушка отмылась и выглядела хорошо и бодро, за исключением правой половины лица, которая вся была в розовых хаотичных разводах. Милена аккуратно его ощупала — швы рассасывались неплохо, однако с учетом уколотой регенералки могло бы уже и не остаться следов.
— Ирис, постарайся быть чуть аккуратнее. Я твою щеку, как пазл собирала, но боюсь, второй раз такой фокус не удастся, — попросила врач, пальпируя скулу, на которой всего пару недель назад обнаружила трещину.
— А я что? В этот раз все целое! — возмутилась гладиаторша.
— Я же вижу, как ты дралась! Это чудом!
— Я и жива чудом! — подмигнула Ирис, вставая и прихватывая кожаную куртку. Приобняла Милену за плечи и добавила: — Ты мое чудо!
— Во-первых, сядь, я еще не уколола антибактериалку! — скомандовала Милена. — Во-вторых, помни о том, что я медик, а не бог. Снова с того света могу не достать!
— Не надо антибактерилаку, а? — поежилась Ирис, покорно тут же шмякнувшаяся на стул.
Девушка, бесстрашно сражающаяся на арене и отлично владеющая катаной — боялась уколов!
— Чтобы потом от проглоченной жижи тебя всю ночь выворачивало? Нет уж, потерпи, — назидательно произнесла Милена, выполняя свою работу.
Ирис была рабыней, но не рядовым гладиатором. После того как Зубр, послушав совета Милены, выкупил умирающую Ирис у одного подонка, она стала предана новому хозяину, как сторожевая собака. И за эту преданность имела ощутимый бонус — девушка не носила ошейник, жила в отдельной каюте и почти свободно перемещалась по станции с разными поручениями от хозяина. Сбежать бы это ей не помогло, так как каждый охранник на станции знал, чья она рабыня. Да и Милена сильно сомневалась, что Ирис бы на такое отважилась.
Проводив пациентку до двери, где обычно после арены толпились гладиаторы и охрана, Милена растерялась.
— Что-то я не поняла, а где все? — переспросила она, даже специально высовываясь в пустой коридор.
— Так, сегодня же все выиграли, никто не пострадал. Хозяин сказал, что тебе нездоровится, и велел охране без нужды не беспокоить. Только ты как будто не рада?
— Конечно, рада! Просто такого никогда не случалось, вот и удивлена! — быстро собралась Милена.
— Цени! Видишь, как он о тебе заботится! — подмигнула Ирис и зашагала прочь по коридору.
Впервые, с тех пор как Милена ушла от бывшего жениха, с которым разошлась во взглядах на полигамию, ей хотелось плакать. Она несколько дней ждала и теперь опять. Следующие игры — уже межпланетные. Возьмет ли ее Харом с собой — до сих пор непонятно. Как врач она ему в перелёте не очень-то нужна — раньше ж как-то обходился, да и на транспортнике есть медкапсула. А вот захочет ли он там представить ее как свою женщину — бабка надвое сказала. Может, и лучше, чтобы не захотел, только она тут от неизвестности умрет, пока не будет знать, что с эльфом все в порядке. Так что лучше бы все-таки взял.
Дальнейшие дни слились в серую рутину. Милена работала как на автопилоте, делала Харому массаж и подобострастно улыбалась. Пыталась смотреть фильмы, сюжет которых даже не западал в голову, и механически ела то, что ей охрана доставляла из ресторана. В один из дней, кажется, это была среда, когда она сидела в медблоке перед терминалом и бессмысленно систематизировала карточки пациентов, в дверь раздался стук. После произнесенного ей разрешения, в кабинет зашел Рох и охранник.