Закончив с проверкой, отправился в тайник — пора уже заняться Проклятым Паразитом.
Завтра экспедиция в Башню, и до неё лучше со всем закончить.
Екатеринбург.
Сергей, одетый в свой фирменный чёрный плащ, довольно осматривал заброшенную школу. В ней сейчас копошились несколько бомжей — выносили всё ненужное, приводили здание в порядок.
Рядом с Сергеем стоял тот самый бездомный, который у моста заинтересовался словами Сергея и единственный не участвовал в охоте на голубей. Его зовут Коля, он стал бомжом всего год назад и ещё лелеет надежду на возвращение к нормальной жизни.
— Поставим несколько обогревателей, будем каждый день еду покупать, — говорил Сергей. — А за дополнительные сведения будем награждать.
— Ты так и не сказал, на кого работаешь, — заметил Коля.
— Это не важно, — отрезал Сергей.
— Да нет, важно, поверь мне, — покачал головой Коля. — Я в школе работал, обществознание преподавал. И скажу тебе — без сильного лидера ничего не выйдет. А ещё лучше, если этот лидер будет кем-то таинственным. Блин, опять они за своё…
Несколько бомжей начали крошить батон, в надежде поймать голубя.
К Сергею и Коле подошёл темнокожий бездомный — Куджо. Он был стар и скрючен.
Куджо тоже выразил желание помочь Сергею, взамен попросив снабжать его какими-то редкими лекарствами.
Курлык!
Несколько голубей приземлились на землю и принялись ловко поедать крошки.
— Один знакомый мне как-то сказал, — хрипло произнёс Куджо. — Что ему жалко голубей. Эти птицы просрали свою карьеру. Раньше они были уважаемы в обществе и работали на почте.
Коля хохотнул и согласился:
— Да, сейчас среди голубей лютая безработица. Прямо как у бомжей.
— Ну почему же, — Сергей кое-что вспомнил. — Некоторые хорошо устроились. Их выпускают на свадьбах.
Куджо обнажил свой беззубый рот и просмеялся:
— Эта работа не для всех, брат. Только для белых.
Темнокожий старик, продолжая смеяться, пошёл дальше руководить бомжами. Нужно поскорее привести заброшенную школу в нормальный вид.
— Лови их! — заорал какой-то бездомный.
Толпа мужиков бросилась на голубей, раздалось возмущённое курлыканье, во все стороны полетели перья.
Сергей отвернулся. Ему было стыдно смотреть на это…
Тень из портрета следил, как я рисую ритуальный круг.
— Ты уверен, что всё правильно рассчитал? — спросил он. — Не забывай, что я — плод твоей жизнедеятельности!
— Скорее, отход, а не плод, — хмыкнул я, аккуратно выводя руны. — Не боись, прорвёмся. Даже если исчезнешь — ничего страшного не случится.
— Ну ты и ишак! — возмутился Тень. — Перепроверь всё на три раза, понял⁈ Я не хочу исчезать, я и так сотни лёт провёл как в тюрьме!
— И как, весело тебе после пробуждения?
— Сейчас не очень, — признался Тень. — Когда предателя искали, было интересно. Зато я знаю все сплетни, которые ходят в замке. Хочешь расскажу?
— Нет уж, оставь себе, — я подошёл к столу и взял куб, в котором лежал Проклятый Паразит. Выглядел он не очень — весь помятый, скукоженный. Ему недолго осталось.
Положив куб рядом с ритуальным кругом, я поднял пустой портрет.
— Ты из этой картины буквально вылез, — сказал Тень. — В какой-то мере это твоя мать, будь аккуратнее.
— Да иди ты, — я положил портрет в ритуальный круг. — Возвращайся в свою клетку, не тупи.
На белом холсте появилась тень.
— Тут я чувствую себя неуютно, — поделился он.
— Да мне пофиг.
— Кажется, что я могу быть заперт в любой момент. Как будто открытая клетка, понимаешь? И в любое мгновение дверца может закрыться…
— Мне пофиг, говорю же. Молчи, я начинаю.
Вытащив из куба Проклятого Паразита, я поместил его на картину. Прямо в том месте, где находилась голова Тени.
— Мне страшно… — прошептало существо.
Я проигнорировал его и прикрыл глаза, вспоминая ритуальное заклинание. Оно весьма сложное, я его сам составлял.
Наконец, начал говорить.
Моё тело светилось всё ярче и ярче — энергии потребовалось немало. Ритуальный круг засиял, руны вспыхнули.
Проклятый Паразит вдруг загорелся голубоватым пламенем, а в голове раздался вопль Тени.
Паразит начал плавиться и сливаться с холстом. Тень замерцала разными цветами, продолжая при этом кричать.
Когда я закончил, ритуальный круг исчез. А Тень наконец-то заткнулся, достал орать. Несколько раз чуть не сбился из-за него.
На картине медленно проявилось удивлённое лицо меня-прежнего.
— Я приобрёл краски! — обрадовался Тень. — Круто!