— Я знаю, что сделала слишком мало, — Амина вытащила платок и вытерла слёзы. — Но ваши слова очень важны для меня. Ваше признание…
Она не договорила.
— Хорошо, Амина, — я подошёл к ней и похлопал по плечу. — Если тебе это важно, то делай как знаешь. Я согласен стать главой рода.
— Благодарю вас, — Амина поклонилась и несколько секунд собиралась с мыслями. Затем она продолжила прерванный разговор:
— Если вы не против, я отправлюсь к Графу Мирскому и обсужу с ним детали договора. Позже свяжусь с вами.
— Да, так будет лучше, — кивнул я.
Будет странно, если студент, который должен быть в Академии, придёт договариваться с Графом.
Я передал Медальон Хранителя Амине, и она ушла. Пока ждал её звонка, решил полазить в интернете. Почитаю статьи, посмотрю видеозаписи.
К моему стыду, я так и не успел составить полную картину того, что происходит в Империи. Слишком многое изменилось за восемь сотен лет.
Спустя час позвонила Амина.
— Волобуевы не хотят менять свой артефакт, — тихо сказала она. — Они говорят, что он был создан Высшим Магом и является их родовым сокровищем. Я показала им Медальон, и они им заинтересовались. Но этого недостаточно.
Я задумался.
— А что, если отдать им простенький ритуал, который способен спасти человека от наркотической зависимости? — предложил я. — У них ведь много больниц. Смогут лечить наркоманов.
Во время лечения Валентина Илья предложил самостоятельно использовать этот ритуал для заработка.
Но сейчас гораздо важнее получить артефакт обнаружения опасности. Тем более тот, что создан Высшим Магом. Я и не надеялся, что удастся наткнуться на такое сокровище.
— Сейчас узнаю.
Амина отключилась и перезвонила спустя пятнадцать минут.
— Волобуевы согласны, но с условием, что наш род обязуется снять одно Проклятие с человека, которого они приведут.
— О? — я приподнял брови. — У них есть кто-то на примете?
— Да, какой-то крайне важный клиент.
Опа. Похоже, мяч теперь на нашей стороне.
— Что за Проклятие? Пусть отправят детали, и мы ответим.
— Хорошо, — Амина отключилась.
— Ещё и книгу рецептов для самогона потребую, — хмыкнул я.
Теперь ясно, зачем Волобуевы вообще решили связаться с нами. Увидели, что я спас Лару, и тоже решили попробовать.
Через пять минут мне на почту пришёл длинный текстовый документ с описанием больного.
— Проклятие Гниения, — я приподнял брови. — Наложенное на Старшего Магистра. Ничего себе.
Само по себе Проклятие Гниения весьма простенькое. Его даже подмастерье сможет наложить. Но тут другой случай — пострадал Старший Магистр.
Сколько же сил было вбухано в это Проклятие?
Отложив бумаги, я задумался. Тут без вариантов — надо снова использовать ритуал Передачи Проклятия. А значит, требуется жертва — Старший Магистр-Проклинатель.
Я хмыкнул. Такими темпами все высокоранговые Проклинатели будут переловлены. Впрочем, они сами виноваты, что используют свою магию направо и налево.
Я позвонил Амине и сказал, что мы даём предварительное согласие, но нужно обсудить детали и подписать договор о неразглашении.
Также завуалировано предупредил о жертве. Пусть Волобуевы знают, что им придётся согласиться на весьма строгие дополнительные условия.
— Так, — я откинулся на спинку стула и потёр руки. — Теперь надо подумать, что именно такое весёленькое провести для новых гостей.
Один танцевал, второй орал в потолок. Что же придумать третьему?
Глава 19
Замок рода Мирских.
На просторной террасе за круглым столом сидели двое. Граф Мирской и Граф Вознесенский. Оба держали по бокалу вина и наслаждались прекрасным пейзажем гор и лесов.
— Я слышал, ты помог Волобуеву? — нарушил тишину Вознесенский.
— Так и есть, — Мирской печально улыбнулся. — Ты же знаешь их проблему?
— Знаю, — кивнул Вознесенский. — Если они решат её, то заметно усилятся. Иметь Старшего Магистра в должниках весьма выгодно.
— Старший Магистр в должниках будет полезен любому роду, тем более настолько могущественный, — Мирской усмехнулся.
Одна из его дочерей как раз вошла в род Волобуевых, а его сын уже помолвлен с дочерью Графа Волобуева. Поэтому, можно сказать, Мирской помогал своей родне.
— Только вот вряд ли Витьке понравится сам процесс исцеления, — Вознесенский скосил глаза на собеседника.
Улыбка сошла с уст Мирского, и он отвёл взгляд.
Оба Графа смотрели в разные стороны, ничего не говоря. Им и не требовалось что-то говорить.